Понятно, такое колдовство тцару Барбуссии – как с гуся вода, но колдун побледнел, на лице то ли растерянность, то ли уже страх, взглянул в замешательстве.

Мрак сказал благодушным голосом, в котором ощутилась нарастающая угроза:

– Так что ты сказать хотел, я так и не понял.

Колдун уперся в его лицо тяжелым взглядом, Мрак ощутил некоторое давление, но не стоит обращать внимание, настоящий мужчина должен реагировать только на удар дубиной по голове, да и то сперва оглянуться: где-то стучат?

Колдун явно в замешательстве, Мрак даже со своей толстокожестью видел, как у того под опущенным краем капюшона бегают глазки и нервно подрагивают унизанные кольцами пальцы, хотя обычно даже не посмотрит в сторону, якобы весь в мыслях о судьбах великой Славии.

– Я хочу лишь того, – ответил он наконец, продолжая всматриваться в Мрака, – что и послы Славии. Я слишком малая величина, чтобы хотеть что-то отдельно.

Мрак сказал благодушно:

– Да это понятно, что и они хотят, да только тебе поручили слишком много. Не потянешь.

Колдун ответил сдержанно:

– По плечам и ноша, мои обязанности легкие.

– Правда? – переспросил Мрак.

Он подошел ближе, колдун побледнел, но не сдвинулся с места, лишь задрал голову, всматриваясь в грозное лицо.

– Оплошал, – повторил Мрак с удовольствием, подпустил в голос рева и повторил уже строже, – оплошал… Не знаю, оторвать тебе голову сейчас и сказать, что так и было… или просто вбить в землю по ноздри?

Он протянул руку, губы колдуна быстро-быстро двигаются, Мрак уловил обрывки сказанного шепотом заклинания. По коже вроде бы пробежал холодный ветерок, только и пробрался под одежку, но больше ничего, а вот его пальцы обхватили тонкую шею колдуна.

Он слегка сжал пальцы, лицо колдуна начало багроветь, а глаза полезли на лоб. Он ухватился обеими руками, пытаясь хотя бы ослабить хватку, но Мрак держал крепко, даже сжал сильнее и сказал предостерегающе:

– Если твое сраное колдовство не помогло, то это вообще…

Колдун прохрипел:

– Что тебе надо?"

"– Звездное небо, – сообщил Мрак, – но пока я здесь, на темной земле, пусть меня оставят в покое. Меня и Барбуссию.

Он чуть ослабил пальцы, но руку не убрал, колдун сказал хриплым голосом:

– Я мал и ничего не решаю.

– Да ты че, – ответил Мрак с жестокой усмешкой. – Скромный, да? А мог бы подняться выше и решать сам. Или остальные у тебя только ширма, а решаешь все-таки ты?

По затравленному взгляду понял, что если колдун и не главный, то все же решает он, сказал с нажимом:

– Что-то у меня плечо зудит, не к добру… И зубы чешутся.

Он улыбнулся колдуну, показав зубы, и сам ощутил, как по его желанию клыки удлиняются так, что уже не помещаются во рту.