И даже когда я был нищим и у меня ничего не было, я все равно точно знал, что рано или поздно богатство само придет ко мне. Просто нужно жить, работать и творить. А деньги придут сами.

– И вы не рассердились на Бориса?

– Сначала я был в шоке от того, что произошло. А потом попытался позвонить ему и объясниться.

– Но он не захотел вас слушать?

– Да. Закричал, что между нами все кончено. Как будто бы я и сам этого не понимал. Человек, который позволяет себе оскорблять близких в таких выражениях. Этот человек не может быть моим другом. А тем более близким другом!

– И вы его возненавидели? – гнули свое подруги.

Но им не повезло. Лева лишь досадливо передернул плечами и воскликнул:

– Да нет! С чего вы взяли? Сначала мне было немного досадно, что Борис не желает со мной общаться и даже не хочет выслушать меня. Но потом я успокоился. В конце концов, кто он и кто я?

В голосе Левы прозвучало снисходительное презрение. Он в самом деле не мог ненавидеть Борисыча. Он всего лишь презирал его. И снисходительно посмеивался над самим собой, что не сумел разгадать этого человека раньше. Но и только! Не о какой ярости, ненависти или тому подобных чувствах речи не шло. И не стал бы Лева так мелко и подло мстить и пакостить бросившему его любовнику. Ни за что! Это был не его стиль. Легкое презрение – это да. Но потоп, погром и огромный злой пес – это нет.

И вообще Лева был слишком снисходителен к самому себе и к недостаткам других людей, чтобы воспылать столь сильным чувством – ненавистью.

– Бесполезно даже спрашивать у этого сибарита, не он ли вредил Борисычу! – шепотом произнесла Кира, когда Лева ненадолго вышел из гостиной, чтобы сварить гостьям кофе.

– Да. Это не он. Такой человек если бы и стал мстить, то сделал бы это как-то изящно и жестоко. И уж точно наказывал бы не за глупость, а скорее – за страшные пороки.

Лева не испытывал к Борисычу никаких отрицательных чувств. Легкое недоумение и досада – вот все, что удалось вытянуть из него подругам.

Вернувшись с подносом, на котором стояли три миниатюрные чашечки с черным кофе, Лева продолжил прерванную беседу.

– Мы общались с Борисом недостаточно долго, чтобы он стал мне по-настоящему близким человеком. Хотя одно время… Ну да что теперь об этом. Прошлое не вернешь. Могу я спросить, по какой причине вы расспрашиваете меня о Борисе?

– На него покушаются, – охотно объяснила Кира. – Вернее, не на него самого, а на его бизнес.

– В самом деле? Кажется, он владел салоном красоты?

– Да.

– На пару со своим близким другом, – тут же задумчиво добавил Лева.