Вряд ли многочисленные паломники и посетители лавры часто заходили внутрь часовни. Снаружи, на фоне монументальных белых стен собора, она смотрелась гораздо интересней.

Проскочив первый этаж часовни, Матвей ощутил жуткие судороги психоэнергетического пространства! Остановился, оглядываясь в меозе. Вокруг зданий лавры кипела самая настоящая война – тихая, незаметная для обычных людей, но от этого не менее жестокая и страшная. Люди Внутреннего Круга, появившиеся здесь, сражались друг с другом! Одни – чтобы защитить лавру от разрушения, другие – чтобы сработал план координатора Союза Девяти, план уничтожения эйнсофа, а вместе с ним и бесценных архитектурных сооружений и всех, кто находился на территории монастыря.

А затем над холмами и равнинами, реками и озерами, над просторами лесов и полей вокруг Сергиева Посада раскатился низкий подземный гром, закачалась земля, как от землетрясения, заколебались стены соборов и церквей, волна нестерпимого холода хлынула с небес на землю, и над Троице-Сергиевой лаврой проявился чудовищный лик Монарха Тьмы!

Ощущение непоправимой беды настигло Матвея, но, пересилив себя, он взбежал на третий этаж часовни и ударом ноги сорвал запертую дверь, ведущую с лестницы в иконницу, верхний восьмерик часовни.

Но опоздал. Сзади появился некто, не человек – тень человека с черной душой. Матвей, понимая, что не успевает среагировать на выстрел в спину, оглянулся."

"Пролетом ниже, на фоне сияющего окна, стоял человек в черном одеянии ниндзя и внимательно смотрел на Соболева. Лицо его было в тени, но стоило ему сделать шаг вперед, как лицо засияло, словно озаренное багровыми всполохами пожара, и Матвей, чувствуя дрожь в ногах, пробормотал:

– Самандар!.

.

Но тут же пришло сомнение. Человек, стоящий перед ним, двоился, плыл, как голографический призрак, не вызывая в душе теплого отклика. Лицо его погасло, стало черным провалом, из которого на Матвея выплеснулась волна невыразимого одиночества и холодной угрозы. Матвей с трудом отбил этот раппорт, обрушив его же на голову незнакомца, и услышал тихий презрительный смех:

– Да, ты вырос, незавершенный, поздравляю. Я не Самандар. Вернее, Вахид Тожиевич – лишь моя оболочка в этом мире. Меня позвал Бабуу-Сэнгэ, но не смог устоять.

Пришлось воспользоваться тем, что оказалось под рукой. Самандар прятался здесь и ждал тебя. Как и я. Вот мы и встретились снова. Не узнаешь?

– Конкере! – выдохнул Матвей онемевшими губами. – Монарх Тьмы!.. Но тебе не удастся меня остановить!

– Если мы договоримся, я не буду тебя останавливать. Если же нет – тебя ждет Нирвана. Небытие.

– Нирвана – минимум бытия, но не его отсутствие. Я там не задержусь. Ты не сможешь реализовать предельную реальность Мира, это под силу только Безусловно Первому.