У тебя только недавно спала температура, и состояние еще не стабилизировалось.

Я узнала свою комнату во дворце и немного расслабилась, поняв, что нахожусь у себя.

– Когда мы вернулись?

– Ночью. Ты вся горела. У меня сердце чуть не остановилось, когда я увидел тебя! Стоило понимать, что в таком ослабленном состоянии ты можешь заболеть от малейшего ветерка, а я тебя в горы потащил.

– Это я туда захотела. Никогда не была в горах.

– Слетаем, когда будешь здоровой.

Ага, в моем случае – никогда.

– Отпустите, я хочу в туалет, – пошла на хитрость. Повторять, что для меня все закончится в храме, не стала.

Зачем? – В-вы куда? – опешила я, когда он стал подниматься с кровати вместе со мной.

– Я тебя одну не отпущу.

Барс подхватил меня на руки и зашагал ванную комнату.

Чуть со стыда не сгорела, когда этот ненормальный усадил меня на унитаз, а потом с сосредоточенным видом попытался снять трусики.

– Нет!!! – Я вцепилась в них сквозь ночную рубашку. – Вы с ума сошли? Уберите руки!!!

– Хорошо, сама, – разогнулся Хант и замер, не собираясь никуда уходить.

– Вы так и будете здесь стоять? – осторожно поинтересовалась я, смотря круглыми глазами.

– Ты можешь упасть.

– С унитаза?! Выйдите! Я так не могу.

– Я тебя одну не оставлю.

– Закажите лучше поесть, – попросила я, пытаясь от него избавиться. На меня взглянули с подозрением, прекрасно понимая уловку. С другой стороны, у него всегда был пунктик насчет еды. – Обещаю дождаться вас на этом месте.

Поколебавшись, Хант все же пошел на выход.

– Одна не вставай.

– М-м-м… – Я схватилась за грудь от боли.

– Что с тобой? – Барс мгновенно оказался рядом, присев возле меня.

– Желудок. Есть хочу, – выдавила из себя.

Хант смотрел с сомнением, но от его близости мне стало лучше, и я была убедительна.

– Что тебе заказать?"

"– Горячий бульон, чай, – перечислила первое, что пришло в голову, чем можно согреться.

– Хорошо. Я сейчас.

Я закусила губу и выдержала его уход, уже готовая к ледяному кому, что ширился в груди с удалением Марра от меня. Сразу накатила слабость, но я все же сделала свои дела, чтобы еще раз не позориться.

Ситуация мне категорически не нравилась. Я же не детеныш кенгуру, чтобы постоянно висеть на барсе! Прекрасно помнила слова Эвелины о том, что ей было особенно плохо в последние дни перед ритуалом, но одно дело находиться в объятиях любимого мужчины, а совсем иной расклад – фактически в руках своего убийцы.

Как-то трудно забыть, по чьей вине я страдаю. Льнуть к тому, кто пренебрег моим мнением и поспешил привязать к себе, а теперь вгоняет в гроб, – увольте!

Нормы приличия не позволили мне дожидаться мужчину на толчке, и я сползла на теплый пол. Но все равно, когда вернулся барс, дрожала от холода, обхватив себя руками.