Тогда только барс признался, что Марр ишт Хант запретил ему появляться во дворце, поставил сестре метку в тот же день, когда Дарья с ней виделась, и теперь на двадцать первые сутки назначена церемония в храме.

Как она его не придушила после этого, Даша сама не понимала.

– Она уже весь дворец твоему брату разнесла? – поинтересовалась у барса, хорошо зная сестру.

– Ничего подобного. Сидит себе тихо и дуется. Понимает, что теперь у нее нет выбора.

– Ты идиот?!!! – завопила Дарья так, что зазвенели стекла, а Камияр болезненно поморщился. Он уже рассказал ей о действии метки и церемонии в храме и теперь сильно пожалел об этом.

– Знаешь, что было, когда я сообщила ей, что она обязательно пойдет после школы учиться дальше и ее образование я беру на себя? Мы поругались насмерть! Она бушевала и отказывалась, не желая обременять меня, а потом затихла. Я праздновала победу и радовалась, что удалось ее переубедить. Мы выбрали институт, который мне нравился, на бюджет она не проходила по баллам, и пришлось поступать на платное отделение. Я дала ей деньги заплатить за семестр.

Сказать, что было в сентябре, когда пришло время учебы в институте?

– Что?

– Она вернула мне деньги и сообщила, что ни в какой институт даже не ходила. Оплатила курсы секретарей из своих денег, которые заработала за лето, а после устроилась на работу, желая сама себя обеспечивать. Элька упряма, Камияр, ты даже не представляешь насколько. Хорошо, если она бушует, но если затихла – значит, приняла решение и ее с места не сдвинешь! Я же то чертово приглашение на благотворительный вечер раздобыла лишь потому, что до этого она мне все уши о нем прожужжала, а потом молчок.

Зная ее, она бы туда все равно пробралась. Неважно как – под видом гостьи, горничной, официантки… Я решила, что лучше сама все устрою, чем сестра в неприятности попадет.

– Что ты хочешь этим сказать? – нахмурился барс, который ощутил тревогу, но не показывал этого.

– Что закатывай она твоему братцу скандалы и топай ногами, я бы была спокойна, но если она приняла все это молча…

– Она отказывается его видеть, – произнес Камияр, чувствуя за собой вину. Брат звонил ему и советовался как с лучшим знатоком психологии землянок, что лучше сделать, и Камияр предложил оставить Элю в покое на время, приведя в пример их сестру Сириль.

Будучи маленькой, та тоже дулась и обижалась, когда не получалось настоять на желаемом, но когда ее игнорировали, сама шла на уступки и диалог, осознавая неправильность своего поведения.

– Всего-то? – изогнула бровь Дарья. – Мне нужно увидеться с сестрой!

– Я поговорю с Марром, – сдался барс. Отдых был окончен, и в этот же день они вернулись.