Но у меня больше надежд не на тебя и твоих людей, а на группу десантников наших ВДВ. Хотя…"

"Седоголовый замолчал. В тишине он смотрел на сидящего перед ним Гаврилова. Громадная фигура командира охранников мощно возвышалась в центре кабинета. Кожаное кресло, в которое гориллоподобный вояка втиснулся с трудом, слегка потрескивало под его тяжестью.

– Ладно, Ян. Хорошо, ты полетишь в Индию. Возьмешь с собой троих людей… нет, хватит и двоих! Мы переведем деньги в индийский банк, но снять наличные со счета вы сможете, только когда получите все возможные гарантии от похитителей.

И запомни, Гаврилов, никакой самодеятельности, будешь докладывать мне обо всем. Как можно больше информации – что, где, когда, как, с кем, обсуждай со мной каждый свой шаг. Контактировать мы с тобой будем через спутниковый телефон – наш концерн только что закупил новые модели с самой надежной системой шифровки. И будь осторожен. Главное – это безопасность похищенных ребят. В первую очередь – безопасность Льва Литвиновича. Остальное уже не так важно. Давай, Ян, отправляйся! Я на тебя надеюсь. Не подведи меня, Ян, а я потом отблагодарю тебя как следует!

Глава 15

В любое время года утро в тропическом лесу наступает почти мгновенно.

Только что вокруг еще стояла кромешная тьма, и вдруг уже все окружающее пространство заполнено утренним светом. Уже несколько дней подряд пленники просыпались вместе с рассветом, напоминавшим им о том, что они находятся не дома в уютных квартирах и не в каком-нибудь комфортабельном курортном отеле. Реальность вокруг них была гораздо более суровой. И гораздо более вонючей.

Но однажды узников разбудили еще до рассвета.

– Литтл-виновитш! Литтл-виновитш! – раздался в темноте усиленный мегафоном громкий голос.

 – Вэйк ап![4] Литтл-виновитш!

– Слышь, Лева, вроде бы тебя зовут! – испуганно тронул его за плечо Коля Сивый. – Хотят чего-то… Давай, поднимайся!

– Да отвали ты! Слышу я!

Сверху пленников осветил слепящий свет фонаря.

– Ну, что вам от меня надо? – смело, как ему казалось, крикнул в сторону охранников Лева. Того, что происходило наверху, снизу видно не было. Только яркий свет фонаря бил оттуда прямо в глаза.

– Литтл-виновитш! – звучало из мегафона. – Лифт ап![5]

На дно ямы опустился толстый канат с веревочной петлей на конце.

– Ну, все, ребята! Меня куда-то забирают! – упавшим голосом проронил Лева.

– А почему тебя? Что они с тобой сделают?

– Ну, надеюсь, что не расстреляют! – уже бодрее заявил Литвинович. – Держитесь здесь, ребята, без меня! Я им не поддамся!

Он просунул ноги в петлю и сел в нее, как акробат в цирке. Тюремщики убрали фонарь и потащили канат наверх. Лева стал перемещаться вертикально, переставляя ноги по «стенам камеры» – тесно вбитым вокруг ямы бамбуковым кольям.