Мгновенным, отработанным до автоматизма движением майор тут же кинулся влево, перекувыркнувшись в падении через голову. В то место, где он находился секундой раньше, ударила автоматная очередь, сбивая ветки и листья со стоящих рядом деревьев. Следующую очередь человек с автоматом выпустил уже через секунду, но уже в сторону прапорщика Никонова. Батяня не видел, что случилось с прапорщиком, но раздавшийся с той стороны сдавленный стон показал – хотя бы одна из выпущенных бандитом пуль достигла своей цели.

А майор уже набегал на человека, открывшего огонь по десантникам, – единственного члена вооруженной группировки, который после появления вертолетов не попытался скрыться в лесной чаще. Подпрыгнув вверх, Батяня вложил всю свою силу в удар ногой по автомату, который сжимали здоровенные руки бандита. Автомат полетел в кусты, но его хозяин после удара почти не шелохнулся. Стоящий перед майором противник был выше его и намного шире его в плечах. Его лицо под темно-красной чалмой было почти полностью замотано куском ткани, незакрытой оставалась лишь узкая полоска сверху, откуда на майора Лаврова с ненавистью смотрели глаза врага. Шагнув к майору, гигант с неожиданной быстротой метнул вперед громадный кулак правой руки, целясь в голову. Не без труда Батяне удалось увернуться от удара. На поясе Андрея Лаврова висел большой десантный нож, но воспользоваться им сейчас возможности у него не было. Он с удивлением обнаружил, что и у его соперника имеется точно такой же нож – до этого у других бандитов он видел только изогнутые кинжалы. В начале схватки майору удавалось избежать контакта с громадными кулаками наступавшего на него соперника. Но его собственные удары если и достигали цели, то, казалось, не причиняли противнику никакого вреда – настолько противостоящий ему враг был большим и массивным.

Подбираясь маленькими шажками к майору и нанося удары кулаками, громадный человек в темно-красной чалме постепенно придвинул его к бамбуковому частоколу, окружающему яму с заложниками. Женские крики оттуда стихли – стоявший к частоколу спиной майор не мог видеть, как из увеличившихся после взрыва гранаты щелей между кольями за их схваткой наблюдают чьи-то испуганные глаза. Бандит в очередной раз метнулся вперед, его увесистый кулак с громадной скоростью полетел в голову Батяни. В самый последний миг майор нырнул под удар и оказался лицом к лицу с врагом. Ткань, которой было замотано лицо бандита, слетела – из-под темно-красной чалмы на Батяню с ненавистью смотрел Ян Гаврилов.

– Ты? – Майор на мгновение замер.

– Да, я… твою мать! – захрипел верзила, хватая его своими громадными руками, швыряя на землю и наваливаясь сверху всем своим тяжеленным телом.