Шансы были явно не в их пользу. Он, конечно, умелый боец, но справиться одновременно с таким большим количеством крепких мужчин будет не так просто. Ему повезет, если они не имеют никакого отношения к боевым искусствам. Лишь в этом случае появится шанс улизнуть.

— Под нынешней властью вы имеете в виду… — Эйден замолчал, давая Титу возможность рассказать больше о своих целях.

— Короля и его сына, — отозвался тот.

— Где я в этом уравнении? — поинтересовался Эйден, расслабляясь. Нет, не потому, что внезапно поверил, что его пощадят, просто так было удобней нападать, если ситуация обострится.

— Мы планировали, что вы, ваше высочество, займете трон."

"— Да! — воскликнул внезапно Донаван. — Я рассказал, что вы справедливый и добрый человек, который всегда держит слово и в первую очередь заботится о своих людях. Все согласились со мной, что именно вы, мастер, должны возглавить королевство. Так будет лучше для всех!

— Я бастард, народ вряд ли примет мое руководство, — отозвался Эйден. — Особенно аристократия.

— Им придется смириться, — бескомпромиссно выдал Тит. — Вы ведь глава тайного отдела, ваше высочество. Я ни за что не поверю, что в ваших тайниках не хранится никакой информации, которая помогла бы заставить тех, кто сильно сопротивляется, склонить головы. Разве я не прав?

Эйден ничего на это не ответил. У него, конечно, имелось достаточно много разного рода компромата на людей из высшего света, но он не считал нужным говорить об этом Титу или кому-либо еще.

— Я так и думал, — хмыкнул Кроумер. В его взгляде появилось больше одобрительных искр. — Думаю, сейчас самое время обсудить, когда наше королевство шагнет в новую эру. У кого-нибудь есть возражения? Нет? Прекрасно. Я так и думал.

Слушая разговоры мужчин, Виола пыталась как можно сильнее надавить на свой куцый дар. Ей хотелось узнать больше о том, что их ждет в будущем. Интуиция выдавала двоякие знаки.

Виолетта была уверена, что в ближайшее время им с Эйденом не грозит никакая опасность, но дорога, лежащая перед ними, имела какой-то дефект, который не давал полностью расслабиться.

— Мы планировали повесить короля и принца на площади…

— Нет, — отказался Эйден, перебивая Тита.

Мужчина вздернул брови и поджал губы. Было понятно, что ему не понравилось такое отношение.

— Почему? Люди должны видеть, что их страдания окончены и прошлые мучения отомщены.

Эйден хмыкнул.

— Правящая кровь не зря считается неприкосновенной, — сказал он. — Стоит людям увидеть, что короля можно так просто казнить, как мы погрязнем в постоянных восстаниях. Публичная казнь станет пожаром, который сожжет все королевство. Соседние страны не упустят такую возможность. Нас будет ждать не только внутренняя война, но и внешняя.