У него было такое ощущение, словно его выдернули из дремы. Приподнявшись, он заглянул в книгу, безразлично прослеживая строчки какого-то рецепта.

— Что это? — спросил он.

— Зелье родства! — ответила она довольно.

— И как оно работает?

— Очень просто, — Виолетта немного отодвинула книгу, едва не задев при этом кружку с питьем, и села за стол. — Нужно само зелье и волосы людей, которые хотят проверить родство. Если опустить волосы в зелье, они через какое-то время окрасятся в определенный цвет. Если цвет волос совпадает, значит, они родственники! Элементарно!

— Действительно.

— Не слышу энтузиазма, — Виола подозрительно прищурилась, а затем залпом допила свою порцию и налила им обоим еще. — Мне кажется, мы недостаточно стараемся, — с ухмылкой сказала она, пододвигая полную кружку к Эйдену. — В чем проблема? Ты не хочешь, чтобы твой настоящий отец знал, что ты жив? Или что?

— Не в этом дело, — признался Эйден. — Просто… Что ты от меня хочешь? Я только сегодня узнал, что отец мне не отец, а какой-то злодей, которому я нужен исключительно для того, чтобы стать бессмертным. Я не могу по щелчку пальцев переключиться.

— Скверно, да, — вздохнула Виолетта. — Я имею в виду не то, что не можешь, а вся эта история крайне скверная. — Она замолчала на время, а потом снова заговорила. — Однажды, когда я была маленькой, я поехала отдыхать к бабушке. Мне тогда лет пять было. Они с дедом держали скотину. Знаешь, куры, свиньи и все в таком роде. Все их отходы выбрасывались в специальную яму через окно в сарае. Гуляла я как-то за сараем, и вдруг появилась соседская собака, а она меня почему-то сильно не любила. А теперь представь: я убегаю, собака за мной, а тут эта яма. Я от страха совсем про нее забыла и провалилась! Хорошо, яма была неглубокой. Сама не поняла, как выбралась. Бабушка потом смеялась постоянно. Сижу, говорит, дою корову, а тут что-то черное мимо пробегает. Я даже не сразу поняла, что это такое!

Договорив, Виола тихо и неловко рассмеялась. Эйден усмехнулся, представив себе такую картину, благодарный девушке за старания его отвлечь.

— А собака? Она куда делась?

— Ты думаешь, я знаю? — со скепсисом спросила Виолетта. — В тот момент я была в таком шоке, что даже не вспомнила о ней. Не удивлюсь, если она передумала меня кусать. Еще бы!

— Я, когда маленький был, забрался однажды в погреб и нашел там горшок с медом. Он уже начатый был, поэтому я решил, что никто не обратит внимания, если я съем чуть-чуть. Ел прямо рукой. Мед был таким вкусным, что я не заметил, как все доел. Но на стенках оставалось еще немного, а рукой было неудобно доставать. И тогда я решил засунуть голову в этот горшок. Засунуть получилось, а вот высунуть — нет.

Виолетта уже на этом моменте смеялась в голос, представляя себе картину.