"

"Егор, чувствуя спасенье, так же отчетливо, как морозное покалывание в пальцах ног, оттолкнулся от второй ступени и бросился в раскрытые двери, заполненные непроглядным туманом. Но вместо того, чтобы пролететь сквозь туман, у Егора Степановича случилось с ним лобовое столкновение. Ударившись о него как об стену, он больно упал на ступени сорок первого автобуса, нечаянно придавив рукой и без того помятую розовую коробочку.

На ступенях из тумана проступал черный силуэт. Егор Степанович в обнимку с коробочкой поспешил на свое место в последнем ряду сидений. В сорок первый поднялся мужчина в черном костюме с таким же черным галстуком, а за ним вошла женщина в джинсовой куртке с красным капюшоном.

Они показали водителю какие-то корочки, о чем-то недолго переговорили и разместились салоне: мужчина сел на сиденье впереди, лицом к водителю, а девушка разлеглась на двух передних у выхода.

«Неужели тоже мертвецы?» — подумал Егор Степанович. И только тут до него начала доходить суть происходящего кошмара. Только теперь Егор Степанович понял, почему не может согреться в этом нереальном сорок первом автобусе.

Почему рука проходит сквозь водителя. И почему часы на его руке остановились. На самом деле он остался там на остановке. Спит непробудным сном в обнимку с подарком, а в автобусе едет его душа.

Если бы только выбраться из автобуса, наверняка еще можно как-то найти свое тело и вернуться в него. Вернуться к Юле.

Водитель автобуса тихо переговаривался о чем-то с мужчиной в черном костюме. Тот мельком оглядел Егора, а затем начал пристально разглядывать бритоголового мужчину в дорогом костюме. От взгляда этого нового пассажира на душе сразу становилось не по себе.

Нет. Эти двое не похожи на пассажиров. Неужто какие-то контролеры?

Мужчина в черном костюме встал. Перехватывая поручни с суровым взглядом, прошел в глубь салона.

— А я без билета! — по-ребячески признаваясь в содеянном, решил испытать удачу Егор Степанович. Вдруг высадят.

— Поздравляю, — безразлично ответил мужчина в черном костюме. — Я тоже.

Он опустился на сиденье рядом с вытянутым в струнку бритоголовым. Зеленоглазая девушка сбросила красный капюшон и с интересом наблюдала за происходящим.

Грустные глаза водителя никак не отлипали от зеркала заднего вида. Сейчас что-то будет. Внутри у Егора Степановича все сжалось.

— Долго едешь? — осторожно спросил мужчина в черном у бритоголового.

Тот, перейдя на тон выше, затараторил еще громче:

— Да будет воля твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день…

— А-а, понятно. Верующий. Это хорошо. Это очень хорошо.

Бритоголовый мужчина в дорогом костюме внезапно замолчал и насторожился.

— Это значит, воздадут тебе по делам твоим.