С первого взгляда таксист показался Ворону знакомым, а со второго он его вспомнил. Очевидно, процесс узнавания был обоюдным, потому что недовольство сменилось испугом, таксист отвернулся и, стараясь быть вежливым и любезным, спросил:

– Куда поедем, командир?

Ворон назвал адрес, и они двинулись в путь.

– Братан, а почему ты меня тогда не дождался? – спросил Ворон. – Под Лысой горой?

– Так я долго ждал! – горячо воскликнул водитель. – До утра ждал, мамой клянусь! Никто не вышел. Когда солнце поднялось, только тогда уехал!

– Ну, тогда ладно! – благодушно сказал Ворон и махнул рукой.

 – Тогда вези. Только не оборачивайся!

Такси неслось по пустынным улицам, зеркальные стекла отражали огни уличных фонарей, не пропуская их свет внутрь, так что самый нескромный взгляд не мог проникнуть в салон и рассмотреть то, что происходило на заднем сиденье. Вначале пассажиры просто целовались, но когда страсти раскалились до температуры вольтовой дуги, Ворон вжикнул «молнией» и Марина, будто подстреленная лебедица, упала ему на колени, во всяком случае, так могло показаться со стороны. Хотя если бы нескромный взгляд все-таки проник сквозь зеркальную преграду, он бы разобрал, что уставшая девушка не просто отдыхает на коленях у своего кавалера, а ритмично двигает головой вверх-вниз, урча и посапывая… Впрочем, взгляды не различают звуков и не могут оценивать простые движения чьей-то головы, однако таксист определенные выводы сделал и обрадовался, поняв, что для него сегодняшняя поездка скорей всего закончится благополучно.

Так и получилось. Машина остановилась у подъезда нового дома, пассажиры вышли и чинно направились к двери.

Ворон даже щедро расплатился, чего таксист вообще не ожидал. А Марина получила ответ на вопрос – заметно ли, что она пьяная, и должна была признаться самой себе, что рамки здравости мышления она расширила сейчас очень широко. Должна была, но не призналась, так как совершенно об этом не думала.

– О, как у тебя красиво! – воскликнула она, войдя в квартиру. – Чур, я первая в душ!

Ворон расслабленно повалился в широкое мягкое кресло, слушая, как журчит вода в ванной. Все мысли крутились вокруг Марины. Она была необыкновенной девушкой.

Таких у него еще не было… Медленно текли минуты. Наконец, завернувшись в полотенце, она забежала в комнату и прыгнула в кровать.

– Теперь ты мойся! – весело крикнула она.

Но Ворон продолжал сидеть, словно зачарованный. Он терпеть не мог, когда девушки ходят босиком, а потом лезут в постель. Но сейчас он с нежностью рассматривал мокрые следы на паркете и думал, что они похожи на каких-то симпатичных зверьков с узкой талией – как будто сказочная фея пролетела, едва касаясь пола.