Когда мы со старушкой шли, он казался светлым, цветущим, наполненным силой и радостью. Сейчас деревья опустили ветви, кустарники пожухли, а цветы закрыли бутоны и завяли.

Что за… подстава? И что мне теперь с этим со всем делать? Командовать всему саду: “А ну-ка отомри!”

Конечно, он тут же перестанет увядать и радостно распустится! В самом плохом состоянии – цветы, похожие на тюльпаны, под окнами домика. Листья как будто почернели, а земля под ними разве что трещинами не покрылась, настолько сухая.

В голове мысли, как блохи, скачут. А дельной – ни одной! Что мне с этим всем делать?

Прижимаю ладони к щекам и оглядываюсь, ища хоть какую-то подсказку. Ведь сад провел же меня сегодня к речке? И это меня бабушка еще Хозяйкой не нарекла. А теперь-то тем более должен помочь! Но в ответ непривычная тишина. Похожая на ту, что стоит в доме.

Оббегаю дом с другой стороны – там нахожу колодец. Самый настоящий деревенский колодец с журавлем. А рядом стоят три ведерка: большое, литров на двадцать, как мне кажется, среднее, привычное десятилитровое, и совсем маленькое.

От растерянности решаю хотя бы тюльпаны полить, или что это такое. Набираю среднее ведро и тащу его к растениям. Выливаю, слегка забрызгивая подол грязью, смотрю, как вода впитывается в землю, а потом происходит то, чего я не ожидаю: один из бутонов поворачивается и выплевывает воду мне в лицо!

Потрясающе! Вытираю ладонью капли с лица и удивленно смотрю на цветочки. Хорошо, что взяла самое маленькое ведро.

Бутон, сделав свое хулиганское дело, снова отворачивается."

"– Ну и что ты безобразничаешь? – качаю я головой. – Я тут вам помочь хочу. А вы…

Машу рукой на них и снова окидываю взглядом сад. Ну ведь как-то старушка справлялась! И я смогу справиться. Только бы понять, что мне делать!

Пока я стою посреди погрустневшего сада, небо затягивает тучами буквально за считаные секунды. Поднимается такой ветер, что гнет верхушки деревьев, поднимает с земли пыль и чуть не сдувает меня. Закрываюсь рукой и еле-еле иду против ветра. Пару раз приходится придерживаться за забор, но я все же добираюсь до домика и захлопываю дверь, приникая к окну.

В одночасье с неба обрушивается ливень, стеной отрезающий от меня весь сад.

Устало опускаюсь на скамейку и чувствую, как по щеке скатывается слезинка.

Я редко плачу. Мама очень не любила этого, отчитывала словами, что пустяк не стоит слез и нужно с внутренним упорством преодолевать трудности. Папа, видя, как я плачу, терялся и уходил."