Если делу дадут ход, Лев потеряет свою должность. Ему не позволят вершить правосудие, если его брат пойдет в тюрьму.

— Может, не стоит ворошить то дело? — прошу робко. — Уже три года прошло, не докажешь, кто всё это устроил.

— Я с тобой не согласен, Ася. — Он на миг отстраняется, и в его глазах сверкает решимость. — Похитители понесут заслуженное наказание, и то, что меня отстранили от должности, им никак не поможет!

— Постой… тебя отстранили? — изумленно округляю глаза.

— Отстранили на время, — отмахивается Лев. — В отпуск на две недели отправили.

— Лев, мне кажется, тебе надо остановиться. Дело какой-то провинциалки, которое закрыли три года назад за недостатком улик, не может стать приговором для твоей карьеры!

Ключников качает головой.

— А если эта провинциалка и есть моя жизнь, что тогда?

Я с болью смотрю на него. Сердце отчаянно колотится.

— Вдвоём нам будет очень сложно.

Он решительно прижимает мои ладони к своей груди.

— Мы справимся. Главное — то, что в сердце.

Он заглядывает мне в глаза.

— Скажи, Ася, ты мне веришь?"

"На миг задерживаю дыхание. Как ему объяснить, что наша связь загубит его карьеру?

— Верю, — шепчу потерянно и растворяюсь в его объятиях. Как же хорошо прижиматься к сильной груди любимого и слушать, как громко стучит его сердце! Нет приятнее музыки для слуха!

— Расскажи, что произошло вчера в ресторане, — доносится до меня его голос.

Вздыхаю.

— За мной следили. Я видела того, кто написал на стенах те надписи.

— Видела?! Можешь описать?

— Постараюсь.

Я высвобождаюсь из объятий Льва и устраиваюсь поудобнее на диване. Беру в руки стаканчик с подостывшим кофе.

— Он был в маске волка, из тех, что носят квадроберы. Я сорвала с него маску, но в темноте ничего не смогла разглядеть. И маску потеряла, и баллончик, который мне дал Кушаков. Заметила только, что преступник был невысокого роста, едва доставал мне до плеча. Он больше похож на подростка, если честно.

Ключников хмурится.

— Надо будет попросить повторно просмотреть видеокамеры. Возможно, там есть человек, который подходит под твое описание.

— Лев… меня сегодня не отпустят отсюда, верно? — спрашиваю настороженно.

— Как это не отпустят, Ася? Да ты уже свободна! Сейчас вещи твои заберем и уйдем отсюда. — Он смотрит на меня несколько мгновений, а потом вдруг улыбается. — Гулять пойдем! По ночной набережной погуляем, потом в ресторане посидим. Устроим свидание на четверых?

— На четверых? — Удивлённо приподнимаю бровь, но улыбаюсь против воли его предложению.

— Катя в машине ждет. Сейчас Глеб освободится, и рванем на набережную! — поясняет Лев и притягивает меня к себе. — Хочешь?

— Хочу, — шепчу тихонько. Касаюсь ладонями его скул, заглядываю в глаза, тону в них.