С удовольствием поглощаю все это великолепие, отпиваю глоток карамельного «латте» — м-м-м-м, восхитительно!"

"Мне интересно, что такого нарисовано на стакане. Присматриваюсь, но изображения расплываются. Верчу его в руке, и карамельный «латте» застревает у меня в горле.

«Ты — следующая!» — гласит надпись ярко-красным маркером на стаканчике. Она такая крупная, что для того, чтобы ее увидеть, не требуются очки.

Из горла рвется крик. Я слышу, как громко стучат в номер те самые оперативники, которых прислал следователь, но мой травматический синдром снова меня подводит: я не могу встать с дивана, вместо этого держу в руке стакан с карамельным «латте» и не могу пошевелиться.

Оперативникам удается открыть дверь снаружи через пару минут — им на помощь приходит горничная.

— Ася, с вами всё в порядке?

Я протягиваю им бумажный стаканчик, а из груди рвутся всхлипы.

— Вы много выпили этого кофе?.. Хорошо, что не много, в него что угодно могли подмешать. Ни к чему не прикасайтесь!

У стаканчика с «латте» яркий, красочный дизайн. Буквы, из которых состоит фраза, выбивающая меня из колеи, хорошо вписываются в дизайн. Видимо, поэтому оперативники ее не заметили.

Вокруг меня суета и шум. Уже на подходе криминалисты, которые должны обследовать стаканчик на наличие отпечатков и каких-нибудь ядов, а ещё в номере внезапно появляется Кушаков, который оказался настырнее, чем я думала накануне вечером.

Сегодня мне удается рассмотреть следователя поближе. На вид ему лет тридцать пять. Его чёрные волосы коротко подстрижены, густые брови сурово сдвинуты на переносице, а квадратный волевой подбородок выдает сильную личность. Он довольно высок — на его фоне я ощущаю себя хрупкой и беззащитной. Украдкой поглядываю на звездочки на его погонах. Ага, звание — майор. Вчера он вызывал у меня неприятие, но сегодня все же располагает к себе обаятельной, как у Льва, улыбкой.

— С этой минуты любую еду в номер доставлять только под контролем наших сотрудников! — отдает строгое распоряжение Кушаков.

Я в сотый раз пересказываю ему историю нашего с Львом утра: появление его мамы и девушки по имени Арина, их небольшую ссору из-за меня.

Я уверена, что все происходящее — какая-то глупая насмешка. Кто-то узнал мою тайну и решил в отместку вывести меня из равновесия.

Но Кушаков уверенно отметает мою идею.

— Нет, Ася, здесь что-то другое, — сурово качает головой он.

Но мой травматический синдром уже отступил, а умные фразы майора Кушакова жутко раздражают. Вместо молчания из меня льется словесный поток фраз.

— Я так не считаю! С некоторых пор у меня много врагов — например, Лиза Котова, прежняя помощница прокурора, очень злится, что Лев Борисович поставил меня на ее место.