В небольшую щель я наблюдаю, как она подталкивает к прокурору девушку с крупными белоснежными зубами, у которой в руках корзинка с аппетитными круассанами и фруктами. «А костюмчик-то у неё ничего так», —с грустью подмечаю я. Судя по всему, госпожа Ключникова упорно старается сосватать сыну подходящую по статусу пассию. Скорее всего, папа у этой Арины какой-нибудь важный бизнесмен или политик, вот мама и старается доказать сыну, что он достоин именно такой невесты.

Дверь подозрительно не хочет распахиваться до конца. Мама моего начальника чует подвох.

Оттолкнув Льва, она натыкается на мою персону. Я стою, прижавшись к стене. Перед глазами все плывёт. Кажется, сейчас я потеряю сознание от страха и напряжения. Абсурд, который начался в тот миг, когда прокурор потребовал назначить меня на место Лизы Котовой, принимает вселенский масштаб, потому что второй самый нежеланный в моей жизни человек после похитителя — та стильная женщина с завышенным самомнением, что сейчас стоит напротив меня.

Маман ловит ртом воздух. Со стороны все выглядит довольно красноречиво: Ключников в одном полотенце на бёдрах, я в пижамной футболке, смятая постель.

Девушка с белоснежными крупными зубами ещё не въехала в ситуацию. Она продолжает глуповато улыбаться и с жадностью разглядывает стоящего посреди комнаты прокурора.

Я отступаю в глубь комнаты. «Надо ей все объяснить!» — мелькает в голове, но, как обычно, мой синдром выплывает на поверхность, и я не могу говорить.

— Вот теперь доброе утро, мамочка! — Лев как ни в чем не бывало обаятельно улыбается гостьям, ловит меня за руку, и его ладонь мягко ложится на мою талию, красноречиво намекая на тесные отношения. Я окончательно столбенею. Что он делает?!

— Она?.. Снова она?! — рвется фраза из материнских уст. Выражение лица госпожи Ключниковой не передать словами!

— Вы все не так поняли… — Я пугаюсь, пытаюсь освободиться от объятий прокурора, но он крепко удерживает меня возле себя.

— Согласен, все намного серьёзнее, — с непроницаемым лицом кивает Ключников. — Мы с Асей сегодня посетим приём у Хвостова, а завтра подаем заявление в загс. Мы женимся.

— Что?! — хором восклицаем я, ошалевшая мама и Арина, наконец въехавшая в положение дел.

Прокурор пожимает плечами, выхватывает из корзины круассан и с наслаждением откусывает кусок побольше.

— Я очень рад, что вы с Ариной решили позаботиться о завтраке и о вечере, но сейчас не самое подходящее время, — бубнит он с набитым ртом. — Не будет ли вам удобно зайти как-нибудь в другой раз?

Арина огорчена. Она отчаянно скалится, пытаясь совладать с чувствами, но у нее плохо получается. Ее оскал кажется мне страшным.

Мать прокурора в шоке. Ей снова разбили сердце неверным выбором.