— Они же со Степой друзья. Посылай оперативников, пусть его вяжут как сообщника страшного маньяка.

— Уже! Мои люди ищут Костю с пяти часов утра, да только нет его нигде. Затаился, сучёныш!

— Глеб, я хочу увидеть брата, — посматриваю на майора.

— Да, конечно. Тебя проводят. Артемов, отведи прокурора к задержанному! — летит приказ.

Меня ведут в самый конец длинного коридора. Тяжелая дверь, решетки на окнах.

— Лев, это не я! — едва увидев меня, вопит Степан. Вид у него неважный. Синяк под глазом, нанесенный Асей в Ростове, пожелтел и смотрится жутко.

— Откуда у тебя дача? — Без приветствия машу у него перед лицом документами.

Степан отводит взгляд.

— Три года назад мама тайком оформила на меня одну из дач, принадлежавших Анатолию Хвостову.

— Подарок с барского плеча любовника за спиной у нашего отца? —горько ухмыляюсь я. Ушлая дамочка, ничего не скажешь: и сыночку домик подарить успела, и нас с отцом обобрать до нитки рвалась, чтобы долги, устроенные Хвостовым, покрыть!

— Он мне не отец! — отворачивается Степан.

— Отец не тот, кто произвел на свет, братик, а тот, кто вырастил.

— Вырастил? И что с того? У него нет ничего! Все промотали! Единственное, что есть — это дом, и тот на бабку оформлен. А Хвостов хотя бы с недвижимостью помог.

— Хорошо помог, ничего не скажешь! Давай, признавайся: новые игры на твоей даче проводили после взрыва?

Степан молчит, только шумно дышит.

— Отвечай, Степа, иначе пойдешь на пожизненное! У майора список жертв на руках, и всех на тебя повесят. Хвостовы оба под следствием, их больше нет смысла выгораживать. О себе волнуйся!

— Ну… там… да… — уклончиво отвечает он. — Мы всегда играли. Это заводит, жуть! С первого раза, как наркотик. Адреналин в кровь. После взрыва моя дача использовалась. Ты же понимаешь, что такие дорогие подарки, как недвижимость, не дарятся просто так? А пропавшие девушки не имеют никакого отношения к нашей игре. Мы оплачивали проституток!

— Проституток, значит. А Наташа в курсе твоих увлечений?

— Нет. Зачем ей это знать? Она мать моих детей!

— Хвостов-старший тоже участвовал в ваших играх? — брезгливо интересуюсь я.

— Даже если и участвовал, наша игра не имеет ничего общего со списком, который на руках у Кушакова."

"Несколько мгновений мы молча смотрим друг на друга. Такая тишина в камере и одновременно такое напряжение, что кажется, ещё мгновение, и кого-нибудь убьет разрядом.

— Хочешь знать, как там оказалась твоя провинциалка Ася? — Губы Степана кривятся в усмешке.

— Да, хочу, — цежу сквозь зубы. За усмешку мне хочется его ударить, до жути, и я едва сдерживаюсь.

— Тогда зови Кушакова. Я дам показания.

Что-то обрывается внутри. Неужели разгадка так близко? Я на автомате прошу охраняющего вход полицейского вызвать майора.

Вскоре появляется Кушаков.