Как только Стюарт объяснит, где можно получить быстрый законный развод, все, что захочет сообщить Мэтт, станет совершенно неважным. Наверное, лучше всего отправиться в Рино, или куда-нибудь в этом роде прямо с утра. Совершенно разумное решение. Теперь, когда между ними больше нет вражды, Мэтт не станет приводить в исполнение все угрозы, которые выкрикивал в машине после того несчастного обеда. Все это в прошлом.

Индикатор на линии Мэтта погас, и Мередит не смогла больше вынести напряженно-тоскливого ожидания.

Она позвонила Филлис и попросила войти.

— Что он сказал? — спросила она, не успела секретарь сделать шаг от порога.

Филлис едва скрыла недоуменную улыбку при виде взволнованного лица Мередит.

— Ответил, что прекрасно понимает.

— И это все?

— Спросил, неожиданно ли ты собралась в поездку, и я ответила, что да. Верно я поступила?

— Не знаю, — беспомощно вздохнула Мередит. — Он ответил что-нибудь, когда ты сказала, что я неожиданно уезжаю?

— Не совсем.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Он рассмеялся, но негромко.

Скорее усмехнулся тихо, но весело. Потом поблагодарил меня и распрощался.

Странная реакция Мэтта почему-то заставила Мередит неловко поежиться.

— Что-нибудь еще? — спросила она, видя, что Филлис продолжает маячить в дверях.

— Просто хотела знать, — пробормотала секретарь немного смущенно, — как ты думаешь, он действительно встречался с Мишель Пфайфер и Мег Райен или это все репортеры выдумали?

— Наверняка встречался, — вздохнула Мередит, безуспешно пытаясь принять безразличный вид.

Филлис, кивнув, посмотрела на телефон.

— Забыла, что Стюарт Уитмор ждет, когда ты возьмешь трубку?

Мередит в ужасе схватила трубку и попросила Филлис плотнее прикрыть за собой дверь.

— Стюарт, прости, что заставила тебя ждать, — начала она, нервно откидывая со лба волосы. — Но у меня было не очень хорошее утро.

— Зато у меня утро было поистине очаровательное, и все благодаря тебе, — весело объявил Уитмор.

— Ты о чем?

— Адвокаты Фаррела внезапно решили объявить перемирие.

Дейв Левинсон звонил мне сегодня в половине десятого, и при этом был исполнен такой доброжелательности и дружеских чувств, что можно подумать, этот наглый ублюдок весь уик-энд слушал проповеди священника о смирении и терпимости.

— Что он сказал в точности? — допытывалась Мередит, дрожа от дурного предчувствия.

— Ну… сначала Левинсон прочел мне лекцию о святости брака, особенно среди католиков, и при этом прямо-таки источал благочестие.