Это уже слишком!

Сжав трубку, Мередит свирепо поглядела на нее, произнесла несколько четких тихих слов в ухо адвоката и швырнула на рычаг."

"Но когда Мередит уселась за стол, чтобы написать уведомление об отставке, истинный смысл слов Пирсона дошел до нее, и сознание торжества уступило место нарастающей панике. Наверное, она слишком долго ждала. Мэтт требует развода. Немедленно. Нет, этого не может быть, с отчаянием думала она, все быстрее выводя слова. Подписавшись под уведомлением и встав, последний раз перечитала написанное. Второй раз за несколько мгновений Мередит ощутила ужасающую силу реальности происходящего. Но тут в кабинет вошел отец, и Мередит снова осознала, что порвала со всем, что было ей дорого. Даже с ним.

— Не делай этого, — предупредил он резко, когда она протянула ему бумагу.

— Ты заставил меня это сделать. Ты убедил их составить эти документы и привел меня туда словно ягненка на заклание. Ты вынудил меня выбирать.

— Ты выбрала его, не меня и свое наследие.

— Но выбирать просто не было смысла, папа, — тоскливо выдохнула она, измученная до такой степени, что не заметила, как обратилась к нему словно в далеком детстве. — Почему ты делаешь это со мной? Почему я не могу любить и его и тебя?..

— Дело не в этом, — рассерженно бросил он, но плечи устало поникли и в голосе слышалось горькое отчаяние. — Он виновен, но ты не желаешь ничего слышать об этом. Скорее готова поверить, что я повинен в ревности, мстительности и интригах…

— Потому что, — перебила Мередит, понимая, что больше ей не вынести, — это правда. Так оно и есть. Ты недостаточно любишь меня, чтобы желать счастья. А все остальное нельзя считать любовью, это всего-навсего эгоистичное желание владеть другим человеческим существом.

Со звоном защелкнув застежки на портфеле, Мередит схватила сумочку, пальто и направилась к двери.

— Мередит, не надо, — предостерег он, когда она проходила мимо.

Мередит остановилась и повернулась, глядя на осунувшееся лицо отца полными слез глазами.

— Прощай, — сказала она вслух. «Папочка», — прошептала она сердцем.

Мередит была уже у выхода из приемной, когда ее окликнул Марк Вреден и, торжествующе улыбаясь, отвел в сторону.

— Пожалуйста, пойдем ко мне в кабинет прямо сейчас, — объявил он. — Там сидит секретарь Гордона Митчела и рыдает навзрыд. Наконец-то я взял Митчелла с поличным! Мы были правы, ублюдок брал взятки.

— Это конфиденциальная информация компании, а я больше здесь не работаю, — спокойно ответила она.

Лицо Марка вытянулось. Его сожаление было таким искренним, таким трогательным, что Мередит с Трудом сдерживалась, чтобы окончательно не расклеиться. Но Марк только поморщился и горько шепнул:

— Понимаю.

Мередит попыталась улыбнуться:

— Верю.