— Я люблю тебя больше, чем собственных сестер, и презираю себя за то, что без ума от человека, за которого ты собиралась выйти замуж…

И неожиданно время повернуло вспять, и они вновь превратились в восьмиклассниц, недавно поссорившихся и вновь споривших на школьной площадке для игр, только теперь обе стали старше и мудрее, узнали цену дружбе.

Лайза, не вытирая катившихся по щекам слез, судорожно сжала кулаки.

— Пожалуйста, — повторяла она, — не нужно меня ненавидеть.

Мередит тяжело вздохнула.

— Я не могу ненавидеть тебя, — через силу улыбнулась она. — Я тоже люблю тебя, и кроме того, других сестер у меня нет…

Лайза, захлебнувшись смехом, бросилась в объятия Мередит, и как давным-давно, когда обе носили школьную форму, а не модные платья, они обнимались, и хохотали, и старались не зареветь.

— Тебе не кажется, что это нечто вроде инцеста? — шмыгнула носом Лайза, когда они оторвались друг от друга. — Я имею в виду себя и Паркера.

— По правде говоря, кажется… особенно в то утро, когда я позвонила тебе и обнаружила, что вы, очевидно, еще в постели. Вместе.

Лайза попыталась было засмеяться, но тут же, став серьезной, призналась:

— Знаешь, я ведь пришла поговорить не о Паркере, а о вчерашнем допросе Мэтта. Я прочла в утренней газете, и… — Она смущенно отвела взгляд. — ..честно говоря, я заявилась для собственного спокойствия. То есть… я хочу сказать… полицейские считают, что это Мэтт убил Шпигальски?

Едва удержавшись, чтобы не броситься на защиту мужа, Мередит спокойно спросила:

— Какие у них причины думать так? И у тебя?

— Я так не думаю, — жалко оправдывалась Лайза, — просто помню, как в утро вашей пресс-конференции он говорил по телефону со своим адвокатом. Каждый мог слышать, что Мэтт готов прикончить Шпигальски и отчаянно пытается защитить тебя. И… он сказал кое-что, показавшееся мне странным… и угрожающим… даже тогда.

— О чем это ты? — вскинулась Мередит, скорее нетерпеливо, чем встревоженно.

— Мэтт и его адвокат говорили, что Шпигальски просто псих, которому не терпится устроить спектакль в зале суда. Мэтт попросил адвоката сначала попытаться убедить Шпигальски, что этого не стоит делать, а потом вывезти его из города. И Мэтт еще добавил, — пробормотала Лайза, взволнованно глядя в глаза подруги, — что после этого позаботится о нем. Не думаешь, что Мэтт имел в виду именно такой способ обработки? Что, если он приказал избить адвоката и выкинуть его в канаву?"

"— Это самая абсурдная, самая безумная вещь из всех, что я слышала, — зловеще-тихим голосом бросила Мередит, но раздавшийся сзади голос отца заставил ее резко обернуться.

— Не думаю, что полиция посчитает это замечание абсурдным, — объявил он, стоя в дверях конференц-зала. — И твоя обязанность уведомить их об этом.