Приподнимаюсь и опять опускаюсь и трусь о его член в брюках.

Я делаю бесстыдные вещи. Но сейчас я не думаю о моральной стороне своих поступков.

— Милана, — шепчет Дамир, — ты хочешь здесь?

А сам уже задирает платье на мне и отводит в сторону трусики. И я слышу звук расстегивающегося замка.

И этот секс такой медленный, тягучий, с оттяжкой. Не забирающий силы, а наполняющий ими.

Я чувствую приближение, но не стремлюсь ускорить его наступление. Пока Дамир не хватает меня за талию и не начинает сам двигать меня. Быстрее и жестче.

И нас опять накрывает.

Я кладу голову ему на плечо. Грудью ощущаю его сердцебиение и шепчу на ухо:

— Ты любишь меня, Дамир?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

80. Дамир

В своей жизни слова «я люблю тебя» я говорил только одной женщине — своей матери. Остальным женщинам они были не нужны. Им нужно было от меня другое — деньги.

И сейчас, услышав этот вопрос от Миланы, я теряюсь. Конечно, она никогда не спросила бы меня об этом, будучи трезвой. Но вот она шепчет мне эти глупые слова на ухо и, так и не дождавшись от меня ответа, поднимает голову с моего плеча и смотрит в глаза.

А что я могу ей сказать? Я не знаю, что такое любовь. Любовь к матери — да. Но не любовь к женщине. Я не уверен, что то, что я сейчас испытываю к Милане, и есть любовь.

Ответить ей то, что она хочет услышать, только ради ее сиюминутного счастья? Но я хочу быть честен с ней. Честен в наших отношениях. Если они есть у нас.

Прежде чем ответить ей на этот вопрос, мне нужно разобраться в себе. Я постоянно оттягивал это, откладывал на потом.

Никогда раньше ни одна девка не цепляла меня так, как Милана. Я чувствую, что теряю себя рядом с ней. Ее власть надо мной увеличивается с каждым днем. И мне кажется, она это тоже чувствует. А так не должно быть.

Смотрю в эти голубые глаза, в которых так ярко выражено желание их хозяйки получить ответ. Здесь. Сейчас. Прямой ответ на прямой вопрос. И, если я его дам ей сейчас, то получается, что уступлю. Дам ей повод убедиться, что она сильнее меня. Но, даже если это так, об этом никто не должен знать.

Поэтому я убираю рукой волосы ей за ухо и говорю как можно мягче:

— Милана, ты выпила лишнего. Я не подумал, что твой организм совсем не подготовлен к дегустации. Поговорим позже.

Приподнимаю ее и пересаживаю на пассажирское сиденье. Застегиваю ширинку.

— Нам завтра рано вставать. Поэтому лучше вовремя лечь спать, — добавляю, не глядя на нее, и завожу машину.

В гостиничном номере Милана первая идет в душ. Я не присоединяюсь к ней. Хочу доказать сам себе, что могу.