Упасть на асфальт, от которого горят голые ступни, закрыть лицо ладонями и выплеснуть все эмоции наружу. Но я иду, только бы прийти хоть куда-то. В полицию?

Я даже не знаю, где она находится!

Но лишь бы быть подальше от этого места.

Грудную клетку от боли раздирает.

У него есть невеста. Умолчал об этом в нашу первую встречу…

Да знала бы… Ни о какой плате речи бы не было.

Нельзя так, нельзя.

Но я сделала… И была обманута.

Сама, дура, виновата!

Кто верит мужикам, которых знает от силы несколько часов?

А разве у меня был выбор??

Одна, в чужой стране, что мне оставалось сделать? Подохнуть на улице?

Опять плохо становится. От того, что этот куш привалил мне.

Всхлипываю, шмыгаю носом и продолжаю дрожать от истерики.

Да катись оно всё к чёрту!

Ноги подкашиваются, и я просто хочу упасть. Сдохнуть прямо здесь. Всё равно выбора нет.

Но слышу рёв мотора.

Останавливаюсь, думаю обернуться, попросить о помощи. Чтобы довезли до полицейского участка, но…

Не делаю этого.

Я больше никому не доверюсь.

Лучше уж остаться здесь.

Автомобиль неожиданно притормаживает возле меня. Стекло опускается вниз, и там я вижу Леру. Если раньше она улыбалась даже глазами, то сейчас… ничего. Равнодушие, да и только.

— Нам велено отвезти вас в аэропорт.

Лучше послать их к чёрту. Не принимать подачки человека, который сам же и прогнал меня. Но я всё же сажусь в салон автомобиля, не чувствуя окоченевших ног. Мне плевать. Я всего лишь хочу попасть домой.

* * *Спустя полтора месяца

— Срок предположительно шесть-семь недель.

Становится невыносимо плохо.

Беременна.

Слово набатом звучит в голове.

— Это точно? — спрашиваю онемевшими губами.

— Да, — кивает женщина в белом халате.

Я и не представляла, что могу… Нет, точнее, я думала, что это может случиться. Но в те моменты с Валидом, когда он не предохранялся, я думала, он знает, что делает. Зачем ему дети от русской нищенки, которая поневоле оказалась в Эмиратах?

И опять. Доверилась. Зря.

Глупая Аврора.

— Записывать на аборт?"

"Доктор задаёт такой вопрос, над которым я не задумывалась вообще. Очень бестактный. Разве так говорят врачи? Разве я дала повод задавать такой вопрос?

Какой аборт? Как же? Там же маленькая жизнь внутри меня. Разве её можно убить? Даже если её отец — полный подонок, выкинувший меня на улицу.

— Но… — пытаюсь возразить.

А женщина взгляд от документов на меня поднимает.

— Я дам вам просто совет. При вашем образе жизни… Это рискованно. Вы похудели на десять килограмм, приближаясь к анорексии.

Да, я недавно проходила обследование, но…

— Если не возьмёте себя в руки и не начнёте нормально питаться, всё будет не очень хорошо. Как для вас, так и для ребёнка.

Я смотрю на свои исхудавшие руки. После того, что я пережила в Эмиратах — я перестала есть на нервной почве.