Он подгреб ее под себя. Уткнулся носом в белокурый затылок и еще раз втянул аромат женской кожи. Его член снова напрягся. Низ живота приятно заныл.

Знакомый запах, такой чистый, такой возбуждающий. Разве можно противостоять его притяжению?

Хорган уже забыл, когда у него последний раз была женщина. Год или два назад? Он был молодым, здоровым мужчиной с естественными потребностями. И совсем не ханжой.

Иногда он позволял себе ненадолго расслабиться с веб-красотками, демонстрировавшими свои прелести за деньги в гала-сети, но полного удовлетворения не получал. Разве может сравниться дешевый суррогат с ощущением, когда входишь в податливую женскую плоть и чувствуешь, как она обхватывает тебя, словно перчатка?

Довольно урча, он перевернул девушку на бок, как куклу, и нетерпеливо раздвинул ее бедра.

Она не сопротивлялась, только вздрогнула, когда он снова вошел в нее...

ГЛАВА 8"

"Кира очнулась от того, что ей было трудно дышать. Какая-то неимоверная тяжесть лежала у нее на груди, затрудняя дыхание. А еще все тело ломило так, словно в нем не осталось ни одной целой косточки. Промежность саднила. Между бедер пульсировала тупая, тянущая боль.

Да и внутри ощущался неприятный дискомфорт.

Нет, она давно уже не была девственницей, но ее познания в сексе ограничивались связью с единственным парнем. И с ним ей было хорошо, несмотря на все, что случилось потом. А то, что ее заставил пережить Хорган, казалось ночным кошмаром, который хотелось поскорее забыть.

Приоткрыв глаза, Кира скосила их вниз. Перед ее затуманенным взглядом оказалась чужая рука. Крупная, покрытая светлой кожей, сухой и плотной на вид, под которой дремали мощные мускулы, перевитые веревками вздувшихся вен.

Широкий браслет ксанара, сделанный из матовых металлических звеньев, плотно обхватывал ее запястье. И на его потухшем экране пульсировала красная точка.

Несколько секунд Кира безучастно смотрела, как эта точка мигает, и пыталась собраться с мыслями. Наконец до ее затуманенного сознания дошло, что она лежит обнаженная на командорской кровати, прижимаясь всем телом к голому Хоргану, мирно спящему у нее за спиной. И что это его рука так по-хозяйски ее обнимает.

И стоило это понять, как события последних часов всколыхнулись в мозгу красным маревом.

Она отдалась Хоргану.

Отдалась этому грубому животному, загнавшему ее в угол.

Сколько времени он терзал ее тело, пока, наконец, не насытился и не уснул?

Если бы он был хоть немного нежнее! Немного внимательнее! Возможно, она подчинилась бы ему с большей охотой, понимая, что выбора у нее все равно нет и не будет. Но он просто воспользовался ее беззащитностью, наплевав на чувства и боль. Она для него просто тело. Вещь. И вряд ли когда-нибудь будет иначе.

От осознания этого у нее защемило сердце.