— Я тебя в тюрьму засажу за деньги! Там будешь рожать! За решеткой! Если выживешь!

У меня в глазах темнеет от его слов. Он может. Он может в этой жизни все! У него деньги. У него власть. А я лишь грязь под его ногами, которая не достойна вынашивать ему ребенка.

Я покачиваюсь в его руках. Кажется, у меня что-то течет по бедрам. Но он, не замечая ничего, продолжает меня удерживать, подавляя собой.

— Вы — чудовище. — еле лепечу я.

Смотрю вниз и мир уходит из-под ног. У меня кровь. Много крови. Я беспомощно висну в его руках.

— Хватит играть, актриса хренова! — встряхивает меня Михаил и осекается. — Вот черт! — замечает он кровь наконец. — Кристина! Кристина!

На меня словно вакуумный мешок надели. Я слышу все издалека, будто наблюдаю со стороны.

Михаил в панике. Он укладывает меня на кровать, поправляет шланг капельницы, затем выскакивает в коридор, зовет врача. Следом возвращается ко мне. Он рядом, сжимает мою руку, замахивается для пощечины, но удара я не ощущаю. На ходу он смягчает его и лишь треплет меня по щеке.

Его растерянное лицо заменяется врачами. Они отгоняют его, перекладывают меня на каталку, куда-то увозят, нацепив мне на лицо кислородную маску. А дальше пустота и тишина.

Глава 15

МИХАИЛ ВОРОНОВ

— Девушке можно сделать аборт? — интересуюсь у врача, после того, как он отчитывается мне, что выкидыш остановили.

— Это ее первая беременность, поэтому ребенка лучше сохранить, — получаю я ответ.

— А что будет, если все же сделать? — настаиваю я.

— Девушка может остаться бесплодной. И аборт ей никак не сделать, потому что она хочет сохранить беременность.

Задумываюсь. Даже после всего произошедшего все мое естество восстает против самой мысли о детях.

— Я отец этого ребенка. И я против его рождения. Я могу решить этот вопрос как-то через суд?"

"— Нет. — усмехается врач, глядя на меня, точно на умалишенного. — У вас нет такого права, закон в этом случае на стороне матери ребенка. Только она вправе решать, рожать ей или нет.

— Вот, черт! — рычу я, и бью кулаком по столу. — Попался, как идиот!

— Не все так плохо, улыбается женщина. — В крайнем случае вы можете договориться с матерью, прийти вместе к мировому соглашению. Но опять-таки повторяю, у Овечкиной огромный риск остаться бесплодной после аборта, и я бы настоятельно рекомендовала ей родить и сохранить свое здоровье.

* * *КРИСТИНА

Через несколько дней интенсивной терапии меня переводят в обычную палату. Малыша мне сохранили, и это самое главное.

Воронов больше не тревожит меня своим присутствием. А я и рада. Он умер в моих глазах, когда угрожал мне в тот вечер и требовал аборта. Я и раньше не слишком его жаловала, теперь же даже мысль о нем причиняет мне боль. Не прощу его. Не пущу в нашу с ребенком жизнь.