Со временем я разучилась на это реагировать. Только если попадается достаточно настойчивый «ухажёр», могу сдать его охране. В остальном же, подавляющее большинство таких шлёпальщиков чувствуют, что переборщили и дают щедрые чаевые.

Но этот старый хрен – отдельная песня. Это какофония всего мерзкого, что только можно придумать. Сначала я спокойно к нему относилась, получая щедрые чаевые за его шлепки по заднице, но со временем он решил, что границ нет. А сегодня ущипнул меня за сиську и, кажется, это была последняя капля в чашу моего терпения. В следующую свою смену оставлю охране его портрет, чтобы знали, что это туловище запускать в бар не нужно.

Никакие деньги не стоят того, чтобы я продолжала это терпеть.

Сняла с головы шляпу и швырнула ее на верхнюю полку ящичка. Развязала узел из подола клетчатой рубашки и тоже закинула ее в ящик на крючок. С корсетом, который не просто сжимал талию, но еще выталкивал сиськи наверх, как перестоявшее дрожжевое тесто, пришлось немного повозиться. Но к этому я тоже уже привыкла, так что сняла его достаточно быстро.

- Слушай, богиня! Ну, прости меня…

- Твою мать! – испугалась я и тут же поспешила прикрыть грудь уже снятым корсетом.

Развернулась на месте и впечаталась спиной в соседний ящик. – Ты какого хрена здесь забыл? Вали, пока охрану не позвала!

- Королева моя, - потянул ко мне сальные руки старый хрен и даже на колени упал.

- Ты придурок? Вали, сказала!

Паника захлёстывала всё сильнее. Я глазами искала средство, которым смогу обороняться в случае, если этот придурок решит пойти дальше устных извинений.

- Скажи, что простила меня и не держишь зла, - жирный хрен готов был пустить слезу.

- Простила я тебя.

Только сдрисни отсюда, - рявкнула я и схватила первое, что попалось под руку – один из стаканов, что были списаны с бара и стояли здесь в надежде на то, что их кто-нибудь заберет к себе домой."

"- Правда простила? Ты… я, что хочешь для тебя сделаю. Только скажи.

- Я уже сказала, чтобы ты отсюда ушёл.

- Хочешь жену брошу? Детей? Дом тебе куплю… машину… - скулил он, касаясь моих бёдер и оставляя на них мокрые следы поцелуев.

- Отвали, сказала! – рявкнула я и совершенно неконтролируемо ударила его по голове стаканом, который рассыпался в моих руках, не причинив никакого вреда жирному хряку.

Зато у меня раскровило руку, и паника захлестнула сознание.

Глядя на кровь, я не сразу сообразила, в какой момент, старый хрен успел встать на ноги и навалиться на меня так, что меня смело на стол и прижало его грузным телом.

Мне с детства внушала мать, что, когда страшно, кричать не нужно. Это еще больше злит. Отчимов моих, конечно. Многочисленных отчимов, от которых меня спасала всегда моя старшая сестра Руфина, которой сейчас, к сожалению, рядом со мной не было.