В его руках бейсбольная бита, и он не собирается давать мне и шанса достать его. Как только я вхожу, мгновенно устремляется вперед и с силой вспарывает битой воздух…

Николас хороший атакующий, мощный и выносливый… Но далеко не лучший — ему никогда не удавалось контролировать свою ярость настолько, чтобы подчинить себе каждый нерв. Вот и сейчас преимущество в положении ему не помогает."

"Бита скользит по ребру монтировки и влетает в стену над моей головой, оставив в ней глубокую вмятину. Вновь свистит в воздухе, и на этот раз Нику удается достать меня. Он снимает кожу на моем боку, и сознание обжигает боль. Я ухожу в сторону, но здесь слишком мало места, чтобы увернуться, и он это знает. Ухмыляется, занося биту для нового удара, но я уже сцепил зубы и рвусь вперед, выпуская ярость наружу.

Я быстрее и хладнокровнее, и едва не выбиваю Нику монтировкой челюсть, заставляя отступить в широкую гостиную. Мы оба не сдерживаемся, и начинаем драться так, что ломаем мебель и бьем стекла. Без жалости раним друг друга, не оставляя шанса на пощаду.

— Сукин сын, Райт! Ты не смел с ней спать! Я отомстил тебе!

— Если Вики умрет, я убью тебя, Холт!

— Вы оба ответите, и ты, и она!

— Я не дам тебе, мразь, отнять у меня еще и сестру…

— Да плевать мне на нее, понял! Чокнутая истеричка, вот кто она! Такая же, как мать!

Я выбиваю из рук Ника биту, и сам отбрасываю монтировку. Пускаю в ход кулаки, и это гораздо приятнее — чувствовать, как кожа на костяшках лопается, достигая цели. Разбиваю лицо Холта в кровь, бью снова и снова, не в силах остановиться, заставляя его замолчать:

— Заткни… свой поганый… рот!

Здесь некому нас остановить, и драка выходит жестокой. Я даю ему шанс мне ответить, питаю свою ненависть болью, пока не заканчиваю всё, сломав Нику локтем нос и обрушив его на пол. Уцепив за шиворот, тащу по разбитым предметам на середину комнаты и бросаю там, опускаясь рядом на колено, чтобы быть к нему ближе. Схватив за волосы, поворачиваю к себе голову и шиплю, глядя в разбитое лицо:

— Молиться. Они сказали мне молиться, слышишь, Холт? Как будто Бог когда-нибудь был на моей стороне. Так зови же его, ублюдок! Зови! Пока у тебя еще есть время!

— Я всегда тебя ненавидел, Райт… Она должна была быть моей!

— Виктория никогда уже твоей не будет! Забудь!

Кровь из сломанного носа Ника залила ему горло, но он хрипло сплевывает ее на пол, тяжело дыша:

— Мне не нужна та, которая сама расставляет ноги. Плевать я хотел на Вик! Но ты взял мое, чертов Райт! И я тебя за это убью!

Холт бредит, не иначе. Я никогда не имел дела с девчонками после него, и ни на кого не заявлял права… кроме его сестры. Но здесь он мне помешать не в силах.

Он пробует меня ударить, но я не позволяю ему даже замахнуться.