— Голова болит, хочу выпить лекарство, — вру, оглядываясь по сторонам, Вильям кого-то ищет в толпе, надеюсь, что не меня. — Я поднимусь к себе и сразу вернусь.

— Точно все в порядке?

— Мама, прекрати, мне восемнадцать, я не маленькая девочка.

— Хорошо, но сразу возвращайся, Генри хотел познакомить нас с любимыми племянниками.

— Обязательно.

Ну уж нет, с меня на сегодня хватит знакомств.

Поднимаюсь наверх, закрыв за собой дверь в своей комнате, несколько минут просто стою, облокотившись об нее, часто дышу, перед глазами картина моего грехопадения.

Нет, я не ханжа и вполне нормально отношусь к сексу до брака. Я не девственница, готова для новых отношений и знакомств, даже случайные связи меня не коробят.

НО.

Но чтоб трахаться сразу с двумя — это слишком.

Они ласкали меня, доводя пальцами до оргазма, а потом я сосала их члены. Сразу ДВА члена.

А может, это все моя неопытность? Я как наивная жду любви, а нужно начать с секса.

Так, надо успокоиться и сделать вид, что ничего не было.

Не включая свет, прошла в ванну, мои трусики остались как трофей Клоуну и Крюгеру. Между ног очень влажно, корсет кое-как завязан, грудь вываливается, искусанные губы, на щеках румянец, а на шее смачный засос.

Да уж, ну и дала ты, Белоснежка, и совсем не принцу, а наглым гномам.

Привела себя в порядок, надела трусики, Стефани не поверит, если я ей расскажу, да я и сама не верю тому, что произошло.

До какой степени нужно быть голодной до мужского внимания, чтоб дать в доме отчима на новогодней вечеринке двум парням?

Боже мой! Нет, нет, только не это!

Тони назвал мушкетера братишкой, а потом тот спросил, видели ли они дочь новой жены дяди.

Они племянники Генри.

Те самые, что заноза в заднице всего семейства.

Маркус рассказывал, я совсем забыла.

Младший наглец — Тони, неуправляемый бунтарь с татуировками — Чарли, и бабник мушкетер — Райли.

Вот и познакомились.

Снова застыла, глядя на себя в зеркало. Тело все еще помнило прикосновения мужчин, живот тянуло томительной болью, грудь все еще была налита, а соски торчали.

Нет, я не хочу, чтоб нас официально знакомили. Я не хочу видеть их насмешливые, довольные и сытые взгляды. Как вообще это будет выглядеть?

Мол, Николь, это мои горячо любимые племянники. А они такие «да мы знаем эту малышку, мы только что имели ее хором под лестницей в чулане».

Позор.

Лучше бы они были совсем посторонними, левыми парнями.

— Булочка моя сладкая, ты где? Мой револьвер давно заряжен и готов к бою.

Вильям?

Этому придурку что еще надо, тем более в моей комнате?

— Я тебя не звала, зачем пришел?

— Мириться. Я был неправ. К такому нежному цветочку, как ты, нужен особый подход.

Выйдя из ванной, включила торшер, Вильям в костюме ковбоя медленно подходил ко мне, слегка шатаясь.