– Взгляд Филомены пуст и бессмысленен, – сообщил синьор Копальди, вглядываясь в мое лицо.

– Тревожный симптом? – хмыкнул дож. – Наверное, удар все-таки повредил что-то в ее головенке. Весла на воду, парни, поспешаем.

– Я думал, ты притопишь этого мальчишку там же. – Артуро присел на палубу. – Зачем ты его вытащил?

– Затем, что иначе эта рыжая… гм… супруга проела бы мне плешь, стеная о покойном Эдуардо. А с покойниками, знаешь ли, трудно соперничать. Женская память отыщет в прошлом лишь достоинства. Кстати, ты подготовил приказ о назначении губернатора островов Треугольника?

– Да. Ты все-таки отправишь туда да Риальто?

– Я уже ему этим пригрозил.

– Чезаре!

– Да не будет он там губернаторствовать! Кто в здравом уме поручит хоть какую-то должность такому остолопу? Но отступные от командора я приму с огромным удовольствием. Хотя, может, юный Эдуардо не такой уж дурачок, каким кажется. По крайней мере, сообразил, с какой стороны крем на торте.

– Поясни.

– Ах, тебя же там не было. Я торжественно объявил синьора да Риальто спасителем Филомены.

– Зачем?

– Артуро, ты никогда не замечал, что наши с тобой беседы однообразны? Ты всегда спрашиваешь «Зачем?» – я отвечаю «Затем». Так вот, иначе нам пришлось бы арестовывать черноглазую фрейлину супруги.

– Донна Маламоко сказала бы, что Эдуардо оступился, мы с тобой это бы подтвердили.

– А потом дон да Риальто обвинил бы Карлу во лжи, и нас с тобой до купы. Нет, Артуро, юного идиота надо ограничить, чтоб он первее прочих был заинтересован в сохранении тайны. Теперь он не сможет признаться, что пловец он никудышный, что подружка бывшей невесты чуть было не утопила его и что в попытках спастись он чуть было не утопил донну догарессу.

– Изящно, – решил помощник.

– Но Карлу надо допросить. Организуй нам тайную встречу нынче вечером, очень уж любопытно, что заставило Маламоко так рисковать многолетней операцией. И еще, – Чезаре посмотрел мне в глаза, я моргнула, – распорядись о расширении штата фрейлин донны Филомены. Меня настоятельно просили включить туда синьорин Сальваторе и Раффаэле.

– Мне позволено поинтересоваться о личности просителей?

– Разрешаю!

– И кто?

– О маркизете Бьянке хлопотал папаша, а милую Паолу сватает ко мне в постель моя дражайшая супруга. Каково? – спросил он с гордостью. – Щедрость Филомены безгранична.

Помощник пробормотал что-то о заразном сумасшествии, но так тихо, что этим можно было и пренебречь. Мы с дожем так и поступили. Он не знаю почему, а я просто не могла говорить.

– Ты видел, Артуро? Проказница Паола до сих пор носит мое кольцо.