Он внутренне был доволен, что Кулагин, догадавшись о существе предстоящего задания, говорил об этом без уверток и боязни.

— На вашей кандидатуре, Василий Степанович, остановились не случайно, — подтвердил Менжинский и осторожно шевельнулся на стуле, успокаивая наплывавшую боль. Боль в спине он научился одолевать. Вот если опять случится приступ астмы…

— Вы работали в чека и работали неплохо. Кончили институт.

— Не кончил, Вячеслав Рудольфович. Выперли с третьего курса за участие в студенческом кружке. Мечтаю дотянуть недостающие семестры и защитить диплом. Да вот время…

— Обязательно дотянете и обязательно защитите. Я надеюсь, что скоро нам инженеры понадобятся больше, чем чекисты… Я ведь тоже иной раз мечтаю о журналистской работе. И литературой не отказался бы заняться… Итак, до революции вы работали три года во французской фирме в Ревеле…"

"— «Вало и сын», продажа ткацкого оборудования. Знаете, у меня коммерция неплохо получалась… Сколько лет прошло!

— Французским владеете свободно… Последнее время к нашему учреждению не имели никакого отношения. Видите, как всё ладно складывается. Но если у вас есть возражения, милости прошу откровенно их высказать.

— Возражения всегда можно найти, Вячеслав Рудольфович. Только я ведь коммунист. Прежде чем меня сюда пригласить, вы сами мои возражения разобрали по всем статьям… Понимаю, что дело нужное. От заданий никогда не отказывался и личное поверх партийного не имею привычки выставлять. Надо ехать — поеду.

Ответ понравился Вячеславу Рудольфовичу. Ему нравились люди, которые относились к заданиям как к трудной, но необходимой работе. Суетливых Менжинский не любил. Не уважал и тех, кто начинал говорить расхожими лозунгами и уверять, что готов немедленно отдать жизнь делу революции.

На чекистской работе важнее выполнить задание, чем по-глупому отдать жизнь и провалить дело.

— Работать, Василий Степанович, придется в своеобразных условиях. За советом в партячейку не побежишь, — задумчиво продолжил Менжинский. — Есть сигналы, что Торгпром и Кирилловны начали поиски людей, умеющих хорошо стрелять. Сейчас, когда Рапалльским договором пробита брешь в дипломатической блокаде, мы ведем настойчивую работу, чтобы заставить Европу признать наше государство не только де-факто, но и де-юре. Заставить буржуев подтвердить подписями на дипломатических документах нашу идеологическую и политическую победу. В недалеком будущем предполагается поездка нашего наркома по иностранным делам во Францию.