– Рада, разве так можно со взрослыми разговаривать? – мама пытается её одёрнуть, но девчонка смотрит на бабушку свысока, хотя сама пигалица.

– Меня зовут Мэри. Пора бы уже запомнить.

Мама бросает на меня жалобный взгляд.

– Ну хорошо. Хорошо. Я заберу её к себе на перевоспитание. Надо только с Ариной поговорить, объяснить ей всё. Не знаю, поймёт ли она такую необходимость. Да и комнату подготовить.

– Ну Ариша же умничка. Я думаю, она всё поймёт.

Так-с, и эта хитрость не прошла. Я надеялся, что упоминание имени моей девушки заставит маму одуматься.

– Угу, – соглашаюсь, а внутри всё бунтует.

Вот для чего мне эти заморочки? Разве я виноват, что моя сводная сестра умерла от передоза? Да мне откровенно плевать. Она исчезла из моей жизни около тридцати лет назад, я ещё тогда был мальчишкой восьмилетним. И вот тебе на – меня огорошили новостью, что Света умерла, а за её дочерью теперь необходимо присматривать.

Хочется спросить, на кой чёрт им это понадобилось, перевоспитывать внучку, про которую они ничего и не знали, и не удосужились даже рассказать мне, когда решили взять её на перевоспитание.

– Я заявлю в полицию, что вы удерживаете меня силой, – шипит малявка.

Я поднимаю бровь и смотрю на мать. Очень интересно, что она ответит, потому что попасть в сводки местных газет, как маньяк мне не особо хочется.

– Не выдумывай. Ты сама виновата, не надо было бросаться на соседку, – сердится мама. Не знал, что она это умеет.

– Она обозвала мою мать шлюхой!

– Я понимаю Рада, что ты расстроена, но всё же ты живёшь в обществе, и с людьми надо разговаривать, а не царапать лицо. Именно поэтому суд и признал тебя недееспособной.

Рада скрещивает руки на груди и задирает нос.

– Ты, Тимофей, не переживай. Опекунство оформлено официально и её заявление никто не примет.

– То есть я могу делать что хочу?

Мама бросает на меня испуганный взгляд.

– В пределах разумного естественно.

– Я думаю, ремень довольно разумное средство воспитания.

Замечаю встревоженный взгляд пигалицы, значит, чего-то она всё-таки боится.

– Тимофей! – мама взмахивает руками и хватается за голову. – Вы меня с ума сведёте.

– Я просто уточнил.

Глава 2. Спор

Башка трещит, во рту сушняк. Похоже, я вчера неслабо гульнул. Приоткрываю глаза и щурюсь от яркого света."

"Ох…Вот за что я не люблю вечеринки, так это за то, что на следующий день очень хреново. Я даже выявил подлую закономерность: чем лучше прошла гулянка, тем хуже будет на следующий день. И, судя по всему, наш корпоратив прошёл на ура.

Мозги еле ворочаются, но даже в таком состоянии я помню, что сегодня должен забрать к себе Раду.

Хочу перекатиться со спины на правый бок, но упираюсь в мягкое девичье тело. Провожу по приятным округлостям, светловолосая девушка потягивается и томно стонет.

– Тимоша, дай поспать.