Вот и сейчас он, вместо того, чтобы двигаться вперёд, застыл, лениво ворочая мыслями и равнодушно смотря в маленькое полуслепое окошечко небольшого постоялого двора."

"Правда, Полина Лейтон из клана Гленарван почему-то называет их странноприимными домами. Удивительно, конечно, но в Полии, где росла леди Лейтон, вообще многое устроено иначе и вызывает определённое недоумение.

Как обычно, при воспоминании о ней, молодой человек испытал некоторую неловкость и чувство сожаления. Сколько лет прошло с тех пор, как он, позабыв про здравый смысл, решил во всех своих бедах винить кого угодно, да только не себя. Да что там, невозможно даже помыслить о том, что он тогда творил, прикрываясь нелепой обидой и глупой жаждой мщения… Странно, что он, Марк, вообще остался жив, попав в одну заварушку (в которой сам же и был виноват. Впрочем, вспоминать он это не любил).

А началось всё достаточно давно – в то время, когда в старинном, уважаемом и богатом дейтонском клане Харнер родился долгожданный ребёнок – милая девочка и всеобщая любимица, Эйлис. Самому Марку тогда было семь лет, и он отлично помнил, как радовались его родители, как гордились малышкой, не меньше, чем им самим – старшим ребёнком в семье и наследником главы клана, будущим лордом Харнер! Правда, вскоре стали замечать, что с малышкой что-то не так: она могла часами сидеть, уставившись в одну точку, или кричать, громко, на одной ноте, если родители или нянька пытались взять Эйлис на руки.

В остальное же время девочка не болела, не плакала и не капризничала. Просто предпочитала не реагировать ни на что, боялась чужих людей и какому бы то ни было вниманию с их стороны.

Конечно, родители не могли легко принять истину – их ребёнок страдает душевным расстройством. К девочке тайно привозились лекари всех мастей, которые только разводили руками и говорили, что никакие отвары и припарки тут не помогут и что болезни детей даются в наказание за грехи их родителей! Марк тогда не слишком понимал, за какие именно грехи и что вообще всё это значит, ведь его сестрёнка временами была совершенно нормальной: разговаривала, пусть и не со всеми, ела без понукания и даже имела осмысленный взгляд. Жаль, что эти периоды не длились подолгу…

То время, когда родители потеряли всяческую надежду на то, что трёхлетняя девочка со временем выздоровеет, Марк помнил очень хорошо: отец кричал, что у него не могло родиться больного ребёнка, что его вины в том нет никакой и не числится такого греха, за который полагается подобная расплата! Это, вне всякого сомнения, полностью вина его жены. Брак Анндры Рейна, лорда Харнер, и его супруги Элены был, разумеется, договорным. И впервые они встретились в храме Великого на собственном венчании.