Чувствую легкий укол совести — они так страдали по отцу, так плакали, а я сразу «Выметайся!»

Хорошо, что Асадов такой толстокожий, и бровью не ведет. Оценивающе осматривает квартиру, будто примеряется.

— Тесновато у вас, — замечает он, качая головой.

— Вот именно, — соглашаюсь сдержанно, всем видом давая понять, что только Асадова нам здесь не хватало.

— Вы проходите, Артем, не стесняйтесь, — бабушка проявляет чрезмерное радушие, и это снова кажется мне подозрительным.

Зато Артем ведет себя так, будто он здесь впервые. Ходит по комнатам, заглядывает в каждый угол. На его фоне квартира в самом деле кажется крошечной, хотя раньше я считала ее достаточно большой.

Неожиданно эта мысль меня успокаивает. Асадов привык к простору, где много стекла и света, и потом, он не склонен надолго задерживаться в одном месте. Так что надо просто немного потерпеть, скоро он сам съедет.

А глядя на счастливые личики дочек, еще больше укрепляюсь в своей правоте и окончательно успокаиваюсь. Даже не возмущаюсь, когда бабушка приглашает его присоединиться к нам за обедом.

Артем недоверчиво косится, не понимая, чем вызваны такие перемены, а я не спешу рассказывать.

После обеда дети утаскивают его в свою комнату, а я возвращаюсь в «Три звезды» и ловлю себя на том, что с нетерпением жду вечера, чтобы поскорее вернуться домой.

***После ужина и водных процедур — не таких как в «Параллели», у нас все в разы проще, — я собралась укладывать детей спать, как вдруг выяснилось, что Асадов не влезает в их комнату. Не помещается.

Я пробовала впихнуть раскладушку и между кроватями, и вдоль шкафа, и даже под дверью. Но везде для нее остается слишком мало места.

Почему я раньше не замечала, что у нас действительно тесно, пока не появился Артем?

— Может в кухне его положим, Аленка? — спрашивает бабушка.

"

"— А если ночью захочется пить, как ты через него собираешься перелезать? Это же какая-то Джомолунгма, а не Асадов, — возражаю и добавляю ворчливо: — Я сама виновата, надо было выбирать детям отца покомпактнее.

Бабушка осуждающе сводит брови, а я иду в детскую.

— У нас проблема, — объявляю девочкам, — у вас слишком большой папа. Нам некуда его положить, поэтому спать он едет к себе.

Асадов сидит на ковре рядом с Максимилианом, опираясь спиной о детскую кроватку.

У него сытый и довольный вид, и он сейчас ужасно напоминает нашего кота Марселя. Услышав мои слова, он лишь самодовольно хмыкает. Похоже, принял мои слова за комплимент. И точно никуда ехать не собирается.

Хотя, насчет комплимента не сказать, что он так уж неправ…

— Мамочка, — хлопает глазками Миланка, — как же папочка поедет, ведь уже поздно!

— Папочке надо спать, — подтверждает Марьяша.

— Мамуля, если не получится, чтобы папочка спал у нас в детской, ничего страшного.