— Этот милый пожилой джентльмен, который случайно оказался не тобой, предлагает встретиться.

— Что, так сразу? — Артем дышит мне в шею, и я едва сдерживаю стон.

— Он пишет, что старомоден и не приемлет общение в сети, — запускаю пальцы в темные волосы, перебираю густые пряди. Артем блаженно щурится и запрокидывает голову.

— Соглашайся, мне нравятся наши свидания.

— Ты же сказал, что это не ты? — подозрительно отстраняюсь.

— Не я, — соглашается Асадов.

— Почему тогда «наше»?

— Какая ты недогадливая, Аленька, — тянет он меня обратно и прижимает к горячей как печка груди, — все элементарно. Приезжаю на пять минут раньше тебя, за три минуты решаю вопрос, и на свидание ты приходишь уже ко мне.

— Артем, — снова отстраняюсь, — ты серьезно?

— Конечно, — он распахивает глаза, — а если не прекратишь по мне елозить, докажу серьезность своих намерений прямо сейчас.

Жар приливает к щекам. Артем плотнее запахивает плед, наши взгляды встречаются, и я едва сдерживаюсь, чтобы не ахнуть."

"Этот взгляд. Он мне так часто снился ночами. Артем раньше никогда на меня так не смотрел, зато я точно знаю, что он означает.

Та, на которую он так смотрит, ему небезразлична. Этот взгляд обволакивает, обездвиживает, завораживает.

— Аленька, — шепчут его губы, — тебе не кажется, что вон тот куст прямо над нами похож на омелу?

— Я в этом уверена, — шепчу в ответ, наклоняюсь и сама прижимаюсь губами к его губам.

Этот поцелуй обжигает. Вызывает в моем теле неведомые химические реакции, от которых внутри запускаются неведомые процессы. Или просто хорошо забытые.

Я как будто просыпаюсь от долгого сна, в который была погружена все эти годы. Мне хочется выгибаться как кошка, ластиться к мужчине, чьи руки так сильно сжимают мои бедра и делать еще много чего, о чем не так давно не могла даже помыслить.

Настойчивый язык исследует мой рот, и я исчезаю, расплавляюсь, испаряюсь от жара, который исходит от Артема. От его тела, от его дыхания, от этого отключающего мозг поцелуя.

А еще от жаркого шепота, который пробирает до самых глубин моего разгоряченного тела.

— Аленька, я тебя…

«Бзззззз, бззззз, бззззз», — отчаянно вибрирует на столе телефон Артема.

Мы с трудом отрываемся друг от друга и одновременно смотрим на экран, на котором высвечивается грозное и неотвратимое:

«Мама».

***— Тема! Тема, сынок, ты где? — кричит в трубку Галина. Артем отодвигает трубку от уха, поэтому мне слышно.

— Мам, мы в ресторане с Аленой. Чего ты звонишь, что-то с девочками? — в его голосе звучит неподдельная тревога, и у меня внутри разливается настоящее тепло.

— Они не хотят ложиться спать, хотят дождаться вас, — обреченно говорит Асадова. — Я исчерпала все возможности.

— Дай им телефон.