Если бы у меня имелся выбор, я бы выбрал ближайший, только чтобы убежать от парня в смокинге, который выступает с речью о колебаниях курсов акций и бросает несколько неубедительных шуток с возвышения на противоположной стороне площадки. Похоже, он единственная смертельная опасность в этом месте, грозящая насмерть утомить гостей своими глупостями и натянутым юмором.

Когда я закончил проверять точки эвакуации, то снова обратил свой взор на пару Пизано. Рокко смеется над дурацкой шуткой, которую только что выдал парень со сцены. Его рука лежит на спине жены.

Она тоже смеется. Картина счастливой семейной пары, наслаждающейся праздником.

Если не обращать внимания на мелкие детали.

Например, как Равенна Пизано сжимает в руке бокал. Или как каждые несколько минут незаметно одергивает подол своего платья. Напряжение в ее теле, когда рука Рокко скользит по ее спине.

Я смотрю на пальцы Рокко, сжимающие попку его жены, и мне приходится прикусить губу, чтобы не зарычать. Интерес к женщине, которую я планирую убить, вызывает серьезное беспокойство. Так же как и необъяснимое желание подойти к ним и убрать руку ее мужа.

Во мне вспыхивает гнев. Я не должен злиться на то, что он прикасается к ней. Она его жена. И все же судорожно втягиваю воздух и прищуриваю глаза, когда проносится непрошеная мысль. Он не вправе прикасаться к ней.

Стиснув зубы, заставляю себя отвести взгляд от костлявых пальцев Рокко, наблюдая за окружающими, но не прошло и минуты, как мой взгляд снова устремляется на Равенну Пизано. На ее лице по-прежнему сияет вежливая улыбка, но в зеленых глазах нет и следа смеха. Совсем наоборот.

В одной из редких миссий, когда меня посылали спасти жизнь, а не покончить с ней, мне поручили освободить ребенка, которого удерживали для получения выкупа.

Отец мальчика был приятелем Крюгера, крупной шишкой, по уши погрязшей в теневом бизнесе, поэтому официальные каналы спасения оказались закрыты. Я до сих пор помню взгляд мальчика, когда похититель приставил к его голове пистолет. Такой же взгляд вижу сейчас в глазах Равенны Пизано.

Ужас. И отчаяние. Черт! Ее отношения с мужем не должны иметь значения, потому что в конце концов я убью их обоих.

Страх в ее глазах не должен меня волновать. Но он беспокоит.

Человек на сцене заканчивает речь, благодарит всех за то, что они здесь. Рокко опускает голову и шепчет жене на ухо, и я вижу, как на ее лице отражается облегчение. Она кивает и отходит от него, направляясь в мою сторону. Платье на ней сегодня облегающее, черное, как и ее волосы, которые снова собраны в пучок. Огромные бриллиантовые серьги и такое же колье на шее отражают свет хрустальных люстр, расположенных над головой.