На другом конце комнаты из-за опрокинутого стола виднеется голова со спутанными черными волосами.

— Я в порядке, — отзывается Равенна, вставая.

О Боже. Кажется, Равенна не пострадала, но мне нужно убедиться в этом самому. Я не обращаю внимания на людей и спешу к ней. Как только добегаю до Равенны, хватаю ее под подмышки и ставлю на ноги перед собой. Провожу ладонями по ее рукам, осматриваю грудную клетку, поворачиваю ее спиной и проверяю спину.

— Алессандро, — бормочет она.

— Тебя не задело стекло? — спрашиваю, прощупывая ее голову. — Дай мне посмотреть на твои ноги.

— Я не пострадала.

Я поворачиваю ее лицом к себе, опускаюсь на колени и кладу руку ей на голень. Лишь осмотрев ее полностью, перевожу дух. Поднимаю ее левую ногу и снимаю блестящую черную туфлю. Может быть, в нее попал осколок?

— В туфле ничего нет, Алессандро.

Я качаю головой, стаскиваю другую туфлю и кладу ладонь на подошву. После осмотра рука дрожит, в голове окончательно проясняется — Равенна в безопасности. Странное ощущение и смесь эмоций захлестывают меня. Словно кто-то расстрелял в мою грудь полный магазин крупнокалиберных пуль.

Стены моей каменной крепости дрожат как никогда, а разум наполняется громовым раскатом. Она могла погибнуть. Раскаты грома настолько мощные, что чувствую их вибрацию в своих костях. Я мог потерять ее.

Перед мысленным взором предстаёт картина окровавленной Равенны на полу, усыпанной осколками стекла. Если бы я еще не стоял на коленях, то, несомненно, упал бы сейчас. Кровожадный зверь, жаждущий возмездия, в ужасе вскрикивает и втягивает когти, ослабляя свою восьмилетнюю хватку. Остатки полуразрушенной крепости мести содрогаются, и некогда могучий камень рассыпается в пыль.

— Алессандро. — Равенна кладёт руку мне на плечо и слегка сжимает.

Я обхватываю ее за бедра, прислоняюсь лбом к ее талии и притягиваю ближе. В следующий раз, когда увижу этого ублюдка Попова, грохну его к чертовой матери.

До меня, наконец-то, доходят стоны и крики окружающих. Вместе с ними слышу и имя Равены, произнесенное тихим шепотом. Не прошло и пяти минут, как кто-то стрелял в них, а люди уже начали сплетничать. Пусть все катятся к черту.

Я чувствую прикосновение к своей щеке.

— Я думала, ты уезжаешь.

Да, собирался. Пока не услышал выстрелы и не представил, что пуля попала в нее. Я заберу ее с собой. Если для ее защиты мне придется поручить кому-то другому убить Рокко Фаччина Пизано, пусть так и будет.

— Мы. — Я встаю, беру ее на руки и приникаю к ее губам.

Равенна крепко обнимает меня за шею, отвечая на мои неистовые поцелуи и деля со мной воздух. Я еще сильнее прижимаю ее к своей груди.