— Уникальное? Оригинальное? Разве не так создается мода — кто-то впервые надевает нечто, что до него никто не носил.

Аника хмыкнула. Похоже, до нее дошло.

— А вы изменились, — заметила она. — Прежде вы были тихоней, совсем не то, что сейчас.

— Это все стресс, — ответила я. — Тебе бы волосы обрезали, ты бы и не так изменилась.

— И то верно, — согласилась она. — Я бы, наверное, руки на себя наложила.

— Не говори ерунды. Лучше помоги мне одеться.

Колокола пробили шесть раз, а значит, до отъезда на бал остался один удар. Сложно засечь время без часов и хода солнца по небосклону, но по моим ощущениям между ударами проходило примерно наши полчаса, может, чуть больше.

Аника помогла мне облачиться в платье, и я покрутилась перед зеркалом. Получилось недурно. Длинная в складки юбка с небольшим шлейфом, не менее длинные рукава, как здесь принято. На закрытых плечах серебряные цветы — они уже были на срезанных рукавах, пришлось оставить. Это было единственное украшение платья, если не считать декольте. Оно вышло весьма откровенным, и могло бы привлекать взгляды, вот только одно но — у Мариллы не было выдающихся округлостей, так, два прыщика.

— Не тело, а катастрофа. Как с таким мужа искать? Кто клюнет на этот суповой набор? — ворчала я, пытаясь придать своей груди хоть какой-то объем.

— Может, подложить что-нибудь? — предложила Аника.

Я прожгла ее взглядом. Грудь — то немногое, чем я по-настоящему гордилась в своем теле. Как-никак четвертый размер и форма отличная. Мужчины редко смотрели мне в глаза, все больше в вырез блузки. Но Марилла и этого умудрилась меня лишить!

— Подай пару платков, — мрачно произнесла я в итоге.

Дожили, я подкладываю в декольте тряпки, чтобы выглядеть эффектнее. Позор! Надо было шить пуш-ап, жаль, я сразу не додумалась. Привыкла, что мне это ни к чему.

Ценой немалых усилий мне удалось превратить свое декольте из увядшего урюка в налитые яблочки. Затем я переключилась на прическу. С помощью заколок и невидимок я основательно закрепила шиньон на затылке.

Получилось неплохо, но все же недостаточно хорошо. Так идти нельзя, нужно скрыть огрехи.

— Подай мне маску, — попросила я Анику.

Горничная покрутилась, но не нашла ничего, что походило бы на маску. Все потому, что ее я тоже сделала необычной.

— Вон то черное кружево на краю кровати, — подсказала я.

— Это ваша маска? — удивилась Аника, протягивая мне что-то вроде кружевной шапочки.

Я кивнула и надела кружево на голову. Оно обтянуло голову, включая затылок, скрыв под собой шиньон. Под кружевом никто не разглядит кучу заколок, а значит, не усомнится, что волосы — мои.

А еще кружево закрывало верхнюю часть лица — лоб, глаза и горбинку носа, создавая загадочный и притягивающий образ. Благодаря этой маске никто меня не узнает.