Нет, навредить ему я даже не рассчитывал, уж точно не сейчас, а вот немного опустить его на землю очень хотелось, даже при этом хорошо отхватив.

— В укрытие! — рявкнул я своим, заметив, что они собрались кинуться мне на помощь. — Сам справлюсь.

И в тот же момент площадка опустела, но я был уверен, что они следят за мной, и если будет совсем худо, вмешаются. Но пока их помощь не требовалась. Сил у меня было много, источник полон и жутко хотелось испытать свои новые возможности. Ну, и надрать зад ему, чего уж скрывать.

Поэтому мы продолжали обмениваться ударами, ускоряясь с каждой секундой все сильнее. Мои щиты трещали, стонали, но держали оборону, а я продолжал эксперименты, комбинируя атаки с мороком.

Особенно мне понравилось кидать воду, маскируя ее под огонь или еще чего. Это было реально круто!

Ставит он ледяную стену, думая, что идет плетение огня, а в нее влетает сосулька, связанная со мной. А стена с ним уже нет, он же готовит что-то другое. И вот кусок льда, ударившись в стену, сливается с ней и дает мне над ней контроль. А после раздаётся взрыв — и учитель стоит, засыпанный льдом и водой."

"Одежда мокрая, морда злая, штаны порваны. Ох, как он бесился, аж бальзам на душу! И самое интересное, что он не мог предугадать мою атаку. Да что там, я ее сам не мог предугадать. Просто швырял в него что попало, под что попало и маскируя. Один раз даже швырнул в него воздушный кулак, замаскированный под порножурнал. Учитель его с вожделением поймал, а тот взял и взорвался у него в руках.

И вот тут я начал ржать, потому как на его обиженную морду без смеха смотреть было нельзя.

Вот только концентрация слетела, и этот гад смог меня легко избить, да так, что в организме не осталось ни одной целой косточки. Он тупо бил меня ногами, а я все смеялся, будучи не в силах остановиться. Была бы его воля, он точно бы убил меня, но нельзя. А у меня регенерация архимага. Пока он наносил удар, все раны на мне тут же затягивались. И это бесило его больше.

Еще больше меня развеселило, когда во время очередного удара я подсунул под его ногу камень, укрепленный щитом, а сам под мороком откатился в сторону. А он-то бил меня без щита, чтобы прочувствовать ногой каждое мое ребро, поэтому удар по камню вышел эпическим, с последующим переломом ноги и диким воплем боли.

А вот теперь ко мне присоединились все остальные. Кто-то скажет, что смеяться над стариком — грех, да я и сам первым дам в морду тому, кто это сделает. Но с нашим учителем это правило не работало, потому как в его случае старый вовсе не означало уважаемый, почитаемый или мудрый. Описать его характер проще простого — больной психопат, зацикленный на собственном величии.