Он синего цвета и перекликается с моим платьем цвета электрик.

Очевидно, Адам чувствует мой взгляд, потому что поднимает голову и прямо смотрит на меня, не прекращая разговора с Ником. Ник компьютерный гений и я знаю, что Адам был заинтересован в сотрудничестве с ним.

В момент, когда наши глаза встречаются, кажется, будто все вокруг замирает и время прекращает свой бег. Сейчас, в этот миг, есть только я и он – все остальное исчезло. Мы так хорошо научились чувствовать друг друга, что порой наша связь заставляет меня не на шутку волноваться.

– Что это за место такое? – позже, когда Адам и я ненадолго остаемся одни, не без удивления спрашиваю я.

Прием устроен в огромном, красивом доме из белого камня и высокими потолками. Здесь много французских окон и я только могу представить, как здесь восхитительно днем, когда солнечный свет льется в них.

– Этот дом может стать нашим, если ты только захочешь, – как бы, между прочим, сообщает Адам и мои глаза распахиваются в недоверии.

– Нашим? – шепотом переспрашиваю я, боясь, что ослышалась.

Адам кивает.

– Он выставлен на продажу. Хозяин мой знакомый. Если ты хочешь его, уже завтра мы подпишем бумаги.

Вот так просто. Если я хочу особняк за несколько миллионов долларов, он готов без колебаний купить его. Правда, я только недавно привыкла к тому, что мой любимый безумно богат и балует меня.

Адам любил это делать, и в итоге я перестала сопротивляться.

– Я должна решить это прямо сейчас? – распереживавшись, уточняю я.

– Ты ничего не должна сейчас решать. – Адам с любовью смотрит на меня и, протянув руку, гладит меня по щеке. – Тогда, когда ты будешь готова. Но возвращаясь к нашему разговору несколькими месяцами ранее, это была бы оправданная покупка.

Понимая о чем он, я киваю. Той ночью, в Швейцарии, когда мы наконец-то решили окончательно оставить прошлое, мы много разговаривали и о нашем будущем в том числе. Было кое-что, что заставило Адама понервничать. Но теперь, спустя полгода, он хочет этот дом для нас. Не только для нас, а и для наших будущих детей.

Тогда сама только мысль о них пугала его, и он честно сказал мне, что не готов. Более того, признался, что не уверен, будет ли когда-нибудь. Я не давила на него и к тому же, я и сама пока не готова стать матерью. Но знать, что это больше не пугает его – это залог того, что однажды мы можем стать родителями.

– Давай купим его, – обвивая шею Адама руками и привстав на носочки, чтобы дотянуться до его губ, решаю я. – Я хочу, чтобы этот дом стал нашим. Нашей семьи.

– Как скажите, миссис Эллингтон, – низким рокотом произносит Адам, крепко прижимая меня к своему телу. – Твое желание для меня закон, детка.

Ах, да.