Идеальное сочетание. И редкое.

Елена Николаевна со всеми была мила, всем улыбалась, но ему улыбалась заметно охотнее.

До знакомства с ней Илья Крамер слишком близких отношений с женщинами сторонился — считал, что они мешают покорять карьерные высоты.

Такого, чтоб влюбиться и потерять голову, с ним просто не случалось. Он и не верил, что такое возможно. Женщины ему, конечно, нравились, особенно красивые, утончённые, с хорошим вкусом и приятными манерами. Он с удовольствием проводил с понравившейся женщиной время, но… только если это не было помехой для чего-нибудь важного и серьёзного.

Постельные победы он не копил, предпочитая иметь одну, постоянную и проверенную подругу. На других женщин, может, и поглядывал, но лишь издали. Тягу к новизне заглушали страх что-нибудь подцепить и вечный цейтнот.

Времени на то, чтобы куда-то ходить, с кем-то знакомиться, ухаживать — попросту не оставалось. А если выпадал свободный вечер, то тратить его на подобные авантюры было жалко.

Только когда очередная постоянная и проверенная подруга начинала потихоньку на него давить, предъявляя права и претензии, а то и вовсе заговаривала о браке, он тут же всё обрубал. Отношения, по его мысли, должны быть отдушиной, но никак не лишним грузом.

С Еленой Николаевной он познакомился как раз в промежутке, когда порвал с одной девушкой, но ещё не успел обзавестись другой. Очень удачно совпало.

И хотя оба были свободны, их отношения развивались неспешно: из рабочих постепенно переросли в дружеские, и они стали обращаться друг к другу без отчества. Ну а после взаимного перехода на «ты» дело пошло неожиданно быстро, и вскоре они стали любовниками.

Первое время оба скрывали свою связь от коллег — Лена попросила, но такие вещи в тесном коллективе невозможно долго прятать. Вскоре поползли слухи, а затем начались и неприятности…

Как оказалось, сам генеральный, Парфёнов, тоже имел на Елену Николаевну виды.

Как-то в конце рабочего дня он вызвал к себе Крамера. Сначала хвалил его последний проект, принесший компании хорошую прибыль. Обещал огромную премию, загранкомандировку, новые штатные единицы в его отдел, а потом вдруг выдал:

— Только вот, Илья Сергеевич, эти слухи про вас и Елену Николаевну… Их надо прекратить.

— Как? — удивился Крамер. — Всем рты не заткнёшь.

Парфёнов пожал плечами:

— Слухи ходят, когда что-то подозревают, строят догадки. А надо просто внести ясность — показать, что это всё неправда.

— Но это правда.

Улыбка сползла с лица генерального. С минуту он сверлил его взглядом, а затем просто сразил:

— Огорчили вы меня, Илья Сергеевич. Очень огорчили. Не ожидал. Я-то надеялся, что всё это досужие сплетни.

Крамер поначалу не мог взять в толк, почему генеральный так расстроился.