Ну, которая с Васей… А ты тогда сильно обиделся?

— Я? — он хмыкнул в темноте. — Скорее, удивился немного. А потом… — Крамер вдруг повернулся, опрокинул меня на спину, прижал собой, нависнув сверху. — Потом жалел, что не согласился на твоё предложение.

— Угу, немного. Видел бы ты своё лицо в тот момент…

— А ты своё — когда опоздала на планёрку, — парировал он и, наклонившись, поцеловал в губы.

А чай мы всё-таки пили, но уже утром…

54

Воскресенье мы провели вместе. Утром я ещё его здорово стеснялась. Пока он не проснулся, голову ломала, как с ним держаться, сомневалась. Он же мой начальник. А я всегда строго блюду субординацию. Да и Крамер такой человек — панибратства не любит, по нему видно.

Отношения у нас, конечно, изменились после этой ночи, но насколько? Кто мы теперь друг другу? Кто я для него? Что вчера между нами было? Просто секс или что-то большее?

Наученная горьким опытом, я меньше всего хотела быть наивной и снова обжечься. И в то же время отчаянно хотела, чтобы это всё было не просто так, не на один раз.

Боже, я так себя накрутила этими мыслями, что разнервничалась.

Вот встанет он, как на него смотреть? А как его называть? Илья? Илья Сергеевич? На «ты» или на «вы»? Ночью я называла на «ты», но это было просто. Это как-то само собой выходило.

Но Крамер сам отмёл все мои сомнения по поводу «нас».

Я готовила завтрак, когда он проснулся. Услышала, как мой босс прошёл в ванную, включил воду, чем-то громыхнул там. Конечно, я сразу разволновалась и начала строгать салат с удвоенной скоростью. А когда он появился на кухне — с утроенной. Бросила короткое «с добрым утром», не поднимая глаз от разделочной доски. А потом почувствовала, как он подошёл сзади, обнял со спины за талию, тесно прижался. Я тут же зарделась и замерла с ножом на весу, хотя, спрашивается, почему? После того, что между нами было — смущаться ну просто нелепо. Но как это объяснить моему глупому организму?

А он уткнулся носом мне в макушку, потом склонил голову к шее и поцеловал. По телу пробежала волна лёгкой дрожи, плечи осыпало мурашками.

— А я тебя потерял… Давно встала? Как нога? — шептал он на ухо, опаляя своим дыханием.

— Лучше, — вымолвила я в ответ, закрывая от удовольствия глаза.

С какой же удивительной готовностью отзывалось моё тело на его прикосновения! Так что приготовление завтрака пришлось на часок отложить. Зато потом мы с ним делали горячие бутерброды в четыре руки. И все мои страхи и переживания незаметно растаяли.

И да, у меня вдруг как-то естественно получилось звать его по имени и на «ты». Просто в какой-то момент вдруг поймала себя на том, что бездумно зову его «Илья». О, для кого-то это мелочь, а для меня — прогресс.

Ещё утром я даже представить не могла, что мне с ним будет так легко общаться.