Хотя частично ее мечты сейчас сбывались: когда автомобиль остановился на стоянке возле какого-то поселка, Озеров помог ей выйти, не стесняясь никого, взял за руку и повел за собой.

Они спустились к реке и пошли вдоль береговой линии. Выше на берегу среди деревьев ровным строем стояли бревенчатые домики: маленькие избушки, уютные строения побольше и настоящие роскошные загородные коттеджи. Очень походило на какую-то базу отдыха.

Даже если мужчина просто собирался трахнуть ее в одном из них, Алексеева готова была с радостью принять этот подарок. Она мысленно пообещала себе, что проживет и прочувствует этот момент на все сто процентов.

Лишь бы быть рядом с ним какое-то время, ведь девушка и так получила уже гораздо больше того, о чем изначально шла речь.

— Что? — Спросила она, почувствовав на себе его взгляд.

Свободной рукой Матвей расстегнул верхние пуговицы на рубашке.

— Ничего. — По-мальчишески задорно улыбнулся он.

От строгого профессора не осталось и следа. Алексеева почувствовала гордость за то, что только она знает его таким. Только ей этот мужчина дарит такие улыбки.

— Тебя никто не потеряет, если ты вернешься домой, скажем… только утром?

Сердце подпрыгнуло и сильно толкнулось в ребра.

— Нет.

— Отлично. — Он крепче сжал ее ладонь.

— А тебя?

Ольга не могла не спросить о том, что ее беспокоило ничуть не меньше статуса их отношений.

— Я договорился, что за дочкой посмотрят до завтра. Если не случится никаких накладок, то у нас с тобой есть целая ночь.

Алексеева поспешно стерла с лица блаженную улыбку.

— А ее мать? Она… не будет возражать?

Наверное, Ольга полезла не в свое дело, потому что лицо профессора в одну секунду изменилось до неузнаваемости.

Его словно замутило, от щек отлила кровь.

— Я воспитываю ее один.

— А, понятно. — Стушевалась девушка.

Опустила взгляд и принялась разглядывать песчинки на берегу. Она бы с удовольствием пересчитала каждую из них, если бы это хоть как-то могло разрядить обстановку.

— Наверное, поэтому порой и возникают трудности. — Добавил Озеров.

Ольге хотелось спросить о причинах, почему он не живет с матерью своего ребенка, но расспрашивать о прошлом она не имела права.

— Извини, что полезла с вопросами. Мы договаривались не делать этого.

— Ничего страшного. — Шумно выдохнул Матвей. — Вере исполнилось десять лет. Иногда мне кажется, что она совсем еще кроха, а иногда рассуждает как взрослая. И тогда я понимаю, что не молодею.

Дочери десять. Ему тридцать четыре. Звучит смешно. Разве он намного старше Ольги? Но если просто озвучить разницу между ними — пятнадцать лет, то эта цифра звучала внушительно.

— Думаешь, что ты слишком стар для приключений с молоденькими студентками?

Озеров остановился и посмотрел на нее сверху вниз.