Популярное мнение Соль о Ноа, ничего нового.

— Продолжай, Ноа, — теперь услышать историю не терпелось Эбель.

Ноа закинул ногу на ногу и пафосно откинулся на спинку стула.

— В Санди появился убийца. Обычная ритуалка. — Он точно представлял себя Шерлоком Холмсом. — На трупе вырезан странный символ, а стены исписаны кровью. Послание от убийцы.

— Кому? — испуганно спросила Соль.

Она сжалась и, подтянув к себе колени, обняла их. Ноа неожиданно захотелось напугать ее еще сильнее, чтобы потом обнять. Святая Дева Мария, о чем он опять думает… Ну точно кретин.

— Кому-то. Я и так сказал слишком много.

 — Ноа второй раз за день встряхнул головой, и его растрепанные кудри собрались в новую прическу.

— Что за послание? — теперь спросила Эбель.

— Что он вернулся и, видимо, готов продолжить начатое, — ответил Ноа. — Вот я и подумал, что ты могла быть с этим связана. Но у тебя-то на теле нет символов. Поэтому отбой.

— Ну да, — немного огорченно вздохнула Эбель. — Так себе из тебя помощник.

— А убитый был скурой? — Соль гладила свои колени.

— Не знаю, — как бы Ноа ни хотел соврать, чтобы напугать ее сильнее, он все-таки сказал правду.

— Убийца написал, что вернулся. Что это значит?

— Не бери в голову, Соль, — встряхнула Эбель подругу за плечо.

— А если он будет выискивать скур и убивать их? Если мы в опасности?

— Ты сама говорила, что тут нас защитят. Не так ли? — Эбель пыталась успокоить Соль.

— Ну, и не забывай, что мы находимся черт знает где. О нас никто, кроме мэра, не знает. Мы спрятаны от обычных людей, а значит, и от таких безумных уродов, как этот убийца, — добавил Ноа в поддержку Соль.

— Да, вы правы, — наконец расслабилась она, — в академии безопаснее всего.

Тут нам ничего не угрожает.

А следующим утром…

Следующим утром на кладбище нашли новый труп.

Датча Пирсона похоронили заживо. В могиле, из которой до этого вытащили Эбель.

Глава 4. Исключительный призрак с исключительного кладбища

ЭБЕЛЬ— Не перечь пасторам. Хотя бы сегодня!

Мама держала Эбель под руку, зная, что дочь в любой удобный момент сбежит, и тащила ее вперед, прямо к воротам католического храма.

Это был совсем маленький храм на въезде в Санди. Белые стены его покрылись дорожной пылью, на верхушках невысоких башен сидели вороны и, облюбовав кресты, косились на новых гостей.

Вокруг было пусто. Неухоженная трава росла между стыками каменной дорожки, а сорняки обвили бордюры. Виднеющееся неподалеку небольшое кладбище заросло кустами, и могильные плиты скрылись в листьях и колючих ветках. Окна церкви были заколочены досками, лишь один круглый витраж отражал лучи солнца.

— Не стой, Эба, заходи, — подтолкнула мама дочь к деревянной пыльной двери.

Но Эбель, пренебрегая просьбами взволнованной матери, так и осталась стоять на месте.