Ненадолго – в стороне раздался яростный голос:

– Оставь ее в покое, мерзкая тварь!"

"На вновь прибывшего мы воззрились с одинаковым изумлением. Только Рой не знал его, а вот я… знала.

Господин Дитрих ре Рундиш сорока пяти лет от роду поправил воротник пепельно-серой рубашки и пошатнулся. По осоловелому взгляду карих глаз я поняла, что их обладатель выпил уже немало. Теперь он держался за лацканы коричневого пиджака и возмущенно смотрел на нас. Тряхнув гривой черных волос, он еще раз пошатнулся и требовательно повторил:

– Руки прочь от моей сестры, паршивец!

– Добрый вечер, Дитрих… – начала было я.

Рой и не подумал выпустить меня из объятий, и резко ответил:

– Мы не представлены.

Я поспешила исправить положение и протараторила:

– Рой Ару, мой жених. Дитрих ре Рундиш, мой родственник по материнской линии.

Точное родство называть я не стала. Не была уверена, что точно его вспомню. Дитрих приходился мне то ли троюродным дядей по матери, то ли уже дедом, и назвать меня сестрой он мог с большой натяжкой.

На ладонях моего родственника вспыхнул голубоватый свет. После этого Рой задвинул меня за спину и небрежно ответил:

– Интересное в Инрешваре гостеприимство.

Я вспомнила встречу, которую нам устроила моя прислуга и вздохнула. А Дитрих заявил:

– Я вызываю вас на дуэль! Мой долг избавить сестру от мерзкого насильника!

На на несколько мгновений я потеряла дар речи, а Рой пренебрежительно уточнил:

– Где и когда?

Но я поспешно напомнила:

– В Инрешваре запрещены магические дуэли между обладателями разных четвертей круга. Только между равными…

Но Дитриха это не остановило. Он гордо выдернул из-под воротника медальон с тремя четвертями круга. А затем усилием воли собрал глаза в кучку и, наконец, заметил блестящий круг на шее Роя.

Пока мой родственник тщательно подбирал слова, я пыталась понять, кто направил его сюда и зачем? Дитрих неплох, когда трезв, а когда пьян – непрочь подраться. И почему-то я сомневалась, что он сам заметил наш уход. А уж о том, что меня насилуют и принуждают выйти замуж, ему явно напел Шендан.

Рой в этот момент с притворным сожалением вздохнул:

– Как жаль, что вы не способны ничем помочь “сестре”. Все эти годы она была одна, а когда защитники выползли из своих нор, оказалось, что они слабее самой Ариенай.

Печально, не правда ли?

Лицо Дитриха побелело от злости, а магия на пальцах и не думала затухать. Я поспешно вцепилась в рукав Роя и тихо попросила:

– Оставь его. Нам не нужны неприятности. И ему тоже. Верно, Дитрих?

Последние слова я произнесла с нажимом, глядя своему незадачливому спасителю в глаза. Тот начал трезветь на глазах и понимать, во что собирался вляпаться и кому перейти дорогу.

Ару поймал мою руку и гордо прошествовал мимо, обратно к бальному залу. Я не отставала.