Даже Карина заметила, хотя я удачно замаскировала синяки под глазами и убрала отёки. Когда всё было ок, я не писала и не отсвечивала, и наоборот пыталась оградиться. Теперь я здесь — добровольно пришла, потому что остро нуждаюсь в компании.

— Расскажешь, какой предполагается приз?

Уголки губ Журавлёва слегка дёргаются вверх, взгляд темнеет. Он щелчком пальцев отправляет сигарету в лужу и кивает на автомобиль. Видимо, продолжать общение под окнами его работы — не совсем хорошая затея.

Глава 58

— Хочешь, я тебя нарисую?

В салоне становится тихо. Я не слышу ни музыки, ни шороха колёс по асфальту.

Не смотрю на Сашу, потому что всё мое внимание приковано к дороге, но отчего-то чувствую, что он впервые с начала сегодняшней встречи становится чересчур серьезным.

— Это и есть приз?

— Да. Плохой?

Журавлёв усмехается. Вслух не скажет, но ждал явно другого.

— Хороший, хочу. Что от меня требуется?

Взглянув на спидометр, сильнее вдавливаю ногу в педаль газа. На трассе можно. Когда-то я была уверена в том, что не позволю себе ехать выше девяноста километров в час, а сейчас перебарываю страх и делаю это.

Люди не статичны, а динамичны. Они приспосабливаются и меняются со временем и в зависимости от различных факторов. Мой — сидит по правую сторону, делает меня смелее и свободнее.

Интересно, а как влияет на Наиля Настя? Кто он с ней? Кем себя чувствует? Чего ему не хватает в отношениях со мной, что он тянется за добавкой?

— Не думай, раздеваться необязательно, — улыбаюсь в ответ.

— Жаль, я успел настроиться.

Легкая будоражащая атмосфера дарит прилив сил. Я смелею настолько, что переваливаю за сто двадцать.

Проезжаю мимо заправки, напеваю под нос знакомую песню. Ловлю влечение и интерес.

Бросив взгляд в зеркало заднего вида, замечаю мерцающие синие мигалки. Чувствую, как внутри все холодеет.

— За нами полиция, Поль, — спокойно уведомляет Саша.

— Вижу.

— Не хочешь остановиться?

Кивнув, действую нервно и дрожащими от волнения руками. Включив поворотник, съезжаю на обочину. Паркую автомобиль, опускаю стекло и впускаю в салон пропахший дождём воздух.

Журавлёв утешительно сжимает мое колено и выходит на улицу раньше, чем к нам приблизятся сотрудники полиции.

Из-за пульсации в ушах я почти не слышу, о чем он разговаривает, но ведёт себя, как и всегда, решительно и выдержанно. Поясняет, указывает рукой в мою сторону и предъявляет документы.

Мне хочется уползти под руль, исчезнуть или же немедленно раствориться. Любая вседозволенность имеет последствия.

— Всё в порядке — можем ехать дальше, — произносит Саша, вернувшись к автомобилю и остановившись у открытого окна с зажженной сигаретой. — Только назад поведу я.