Ох, чуть меньше моего кулака, а весит как средний кот.

– А где же мне еще быть, бесчувственная ты ведьма! Я ж тебя учил, воспитывал все эти двадцать лет и волнуюсь, что в мире жестоких людей ты теперь одна, моя кровиночка!

Из больших синих глаз бурундука покатились крупные слезы. Шмыгнув голубым носом, он попытался вытереться о рукав моего плаща. Но я вовремя перехватила за шкирку.

Подняв куратора на уровень глаз, переспросила:

– Учил?.. Странно ты произносишь слово «мучил», без первой буквы.

– У-у, ведьмища! – взвизгнул бурундук.

Будто огромная водяная капля, он просочился сквозь пальцы, высвобождаясь из захвата. Шлепнувшись на деревянный пол, метнулся ко мне, чтобы куснуть за щиколотку.

– Ах так?! Вета, сюда!

Шурша, из угла вылетела моя красавица – пышнопрутая метла.

Ухватив ее за черенок, наставила на куратора острыми кончиками прутьев. Набалдашник на рукоятке, изукрашенный рунами череп, заполыхал глазницами: левая – бирюзово-голубым, правая – оранжевым.

– Я сказал правду, злобная, неблагодарная ты ведьма! – выругался бурундук.

– Да, я такая, Чейл, и тоже тебя люблю. Ладно, ты в отпуске. В чем подвох? Будешь докладывать Вечному о каждом моем чихе?

– Да не шпионю я, сколько можно повторять? – надулся бурундук.

Он дулся, распухал, увеличиваясь в размерах, пока не превратился в серебристо-синего полупрозрачного тигра.

– Я ушел в отпуск, не предупредив Вечного, – топорща пышные вибриссы, проурчал монстр.

Не предупредив? Вот это поворот!

– Отдыхай, Вета. – Я отпустила метлу и уселась на краешек кровати. – Но ты ведь не сбежал?

Тигр отрицательно тряхнул головой.

Не сбежал, просто ушел без предупреждения. Сложно поверить, что вредный, доставучий куратор сам нарушил правила. Но… он здесь, и я не ощущаю лжи в его словах.

Тигр, крадучись, приблизился и опустил лобастую голову мне на колени. Пальцы привычно легли между мягких ушек и принялись чесать.

– Я не шпионю, клянусь. Хочу увидеть Архольм. Можно я немного побуду рядом, пока привыкну в новом мире? – довольно урча, спросил Чейл.

Верить или нет? А вдруг все-таки врет?

– Я тебе пригожусь, Эффизея, вот увидишь, – вкрадчиво уговаривал куратор. – Даже за двадцать лет не изучить всего, что накопил Вечный за века.

Заманчиво. Вот только на «благодетеля» из Занебесья у меня изжога, не хочу, чтобы нас продолжал связывать даже бывший куратор, находящийся рядом. Однако Чейл может мне помочь.

– Хорошо. – Я оттолкнула тигра и вскочила на ноги. – Ты остаешься со мной при условии…

Чейл радостно заверещал, превращаясь в бурундука. Прыгая на задних лапках, он запел во всю глотку:

– Я остаюсь! Остаюсь!

Даже жаль осаживать, но надо.

– При условии остаешься, – подчеркнула я сурово.