После смерти отца, осталось богатое наследство. Мне бы все равно не удалось его получить, как шуджарке, мне бы не позволили, нашли бы миллион поводов отказать. Но мой муж-ютолиец все получить смог. Он говорил: «Это твои деньги, Джу. Наши. Нашей с тобой. Мы ведь семья!» Но мне, в итоге, не досталось ничего.

Первое время мне было так плохо, и я не думала об этом, была счастлива уже тем, что осталась жива. Потом… привыкла, наверно. Что мне оставалось? Убить его? Альдаро был добр со мной. Он вел себя так, как положено мужу. Я даже почти верила, что он меня любил… а та трусость… я ведь сама когда-то испугалась и не смогла признаться отцу, в самом начале, когда он потащил Итана на мясницкий стол. Я сама испугалась так же. Имею ли я право кого-то винить?

Мы с Альдаро были почти настоящей семьей. Вполне респектабельной, благопристойной, все, как надо. Вот только детей у нас не было… Я подумала потом — может, к счастью? Богам виднее.

ГЛАВА 49. Все сначала, втроем

Проснувшись, я поняла, что малышки нет рядом. Еще недавно лежала у стенки со мной, а теперь нет. Она никак не засыпала в своей кроватке, все попискивала, я покормила ее, перепеленала, но она не спала все равно. Только когда взяла к себе — пригрелась рядом, успокоилась, и мы обе уснули.

Пошарила рукой.

Испугалась до смерти, честно говоря, вскочила на постели.

— Тише, Джу! Ты чего? Она тут, со мной.

Итан. В кресле у камина.

— Тану! — бросилась к нему.

Он поднялся мне навстречу, держа малышку левой рукой, тяжело опираясь на правую, охнув, едва разогнувшись.

— Тану, что с тобой?

Он только усмехнулся.

— Старею, Джу. Вчера потаскал тебя на руках, теперь прихватило спину. Ничего, это пройдет, не страшно. Ты как?

— Хорошо, — я обняла его осторожно, уткнулась носом в плечо.

Его ведь отпустили? Все закончилось? Я так боялась услышать…

Он улыбался, тепло и легко, почти беззаботно. Я видела, что он страшно устал, не спал две ночи, но сейчас… все успокоилось?"

"— Меня отпустили, Джу, — шепнул он мне в макушку, дотронулся губами, — но только мы должны уехать сегодня же утром, тем же поездом в восемь. В Гатенрик. Мне сказали, чтобы проваливал с глаз долой, пока император не передумал, — он тихо фыркнул. — Думаю, не стоит искушать судьбу. Я договорился, к половине седьмого придет нянька, поможет тебе в дороге, все полегче будет. А там, на месте, если не понравится, мы сможем найти другую. Поедем первым классом, я взял билеты… Поедешь ведь, Джу?

— Конечно! — я почти всхлипнула, прижалась.

Все закончилось. Это было почти невероятно.

Малышка у него в руках заворочалась.

— Ш-шш, — Итан легонько покачал. — Давай, положим в кровать? Тихо-тихо… Как мы назовем ее, Джу?

— Я думала… — чуть замялась, понравится ли ему? — Я думала назвать Лирет, как мою мать. Но это шуджарское имя…

Итан улыбнулся.