Пришлось возвращаться, еще подумал, что примета дурная. А потом решил, что дурная она тогда, когда из дома выходишь, а здесь все дурное и примет не надо.

Отвез он меня все же не домой, а в госпиталь. К удивлению моему к Росите меня пропустили. Провели в палату, сказали, что у меня пять минут, и оставили с ней наедине. Охранник, расположившийся на диване в коридоре, сверил мою физиономию с фото у себя в телефоне, потом пропустил внутрь. Охранник был новый, представился как Ави, то есть Изя пустил своих израильтян в дело, тяжелая артиллерия вроде как.

Росита была вроде и в сознании, но не совсем. Поначалу я даже не понял, видит она меня вообще, а если видит, то узнала ли?

— Привет, — сказал я, и она чуть прикрыла глаза, вроде как ответив. — Ты все же молодец, guappa. Они тебя ни увезти, ни убить не смогли, а ты одного из них успела. — Я положил руку на ее ладонь, лежащую поверх простыни.

Я знаю, что говорю. Она из Картахены, она выросла на улице. Для таких, как она, сознание того, что тебя не поимели, — лучший подарок. А ее точно не поимели, одна девчонка против нескольких вооруженных мужчин — и вышла ничья фактически.

— Я тобой горжусь. Теперь выздоравливай, дальше все будет хорошо, я знаю. Почему — не скажу, это вроде как сюрприз, выпишут и тогда… Хорошо?

Я еще что-то говорил, потом заметил, как ее бледные губы растянула улыбка. Легкая совсем, но все же улыбка. Потом пришла медсестра и выставила меня из палаты, а сама взялась манипулировать с капельницами. Все, я теперь только мешать буду.

Из госпиталя вышел через другой вход, куда «Скорые» подъезжают, проскользнув через запретную зону. К дому пошел в обход квартала, на этот раз решив подойти с другой стороны. Подошел, но никакого белого «Транзита» не обнаружил, и вообще на том месте подозрительных машин не было. Или противник поумнел, или нет слежки.

Уже дома понял, что я еще и невозможно, просто дьявольски голоден. Почесал в затылке и даже не смог вспомнить, когда ел в последний раз. А, ну да, в самолете, поделил с О'Мэлли коробку тамалес, купленных на улице Медельина. И все.

Включил духовку, вытащил из морозилки пиццу. Потом выудил в ванной из аптечки глюкометр, уколол палец, выдавил каплю крови на полоску. Сто пятьдесят два, подскочил сахар. Кстати, таблетки тоже забывал принимать. Ну ничего, сейчас все закончится, и опять здоровый образ жизни будет. Бег, спортзал, мешок, диета. И еще название прибора всегда смешит: интенсивность глюков мерит, что ли?

Духовка разогрелась, приняла в свое нутро замороженный круг пиццы, а я взялся давить сок из апельсинов, разрезая их на половинки и прижимая поочередно к вертушке. Набралось на большой стакан и еще немного осталось в графине, и этот остаток я допил просто из носика.

Как-то странно себя чувствую.