Открываю поисковик на телефоне и безуспешно пытаюсь вспомнить точное название места. Нахожу два магазина во Французском квартале и вбиваю в навигатор адрес.

Зайдя в магазин, я мгновенно определяю, что именно о нем шла речь в наших письмах. Это тот самый, в котором мы были прошлым вечером!

Всего-навсего вчера. «Господи!» Почему я не могу вспомнить события однодневной давности?

Я иду мимо проходов, запоминая каждую деталь, но не знаю, что конкретно искать. Дойдя до последнего, я узнаю фотографию на стене. Картина с воротами.

Она висит здесь в качестве украшения, а не для продажи. Становлюсь на носочки и хватаюсь пальцами за рамку, чтобы изучить ее вблизи. Это высокие ворота, охраняющие едва различимый дом вдалеке. В углу одной из огромных колонн висит табличка с названием дома: «Jamais Jamais».

— Я могу вам чем-то помочь?

Поднимаю взгляд и вижу возвышающегося надо мною очень внушительных размеров мужчину, — на моих правах написано, что мой рост — 185 см, у него, наверное, около 190 см.

Указываю на фотографию.

— Вы знаете, что на ней изображено?

Мужчина вырывает картину у меня из рук.

— Ты серьезно? — он кажется раздраженным. — Я как вчера этого не знал, когда тот же вопрос задавала твоя девушка, так и сегодня не знаю. Это обычная картина! — Вешает ее обратно на место. — И не трогай ничего, что не выставлено на продажу. — Он начинает уходить, но я следую за ним.

— Подождите, — один его шаг приравнивается к моим двум. — Моя девушка?

Мужчина целенаправленно идет к кассе.

— Девушка. Сестра. Кузина. Мне все равно.

— Девушка, — уточняю я, хоть и не знаю, зачем. Ему определенно плевать. — Она вчера не возвращалась? После нашего ухода?

Он становится за стол.

— Мы сразу же закрылись. — Громила смотрит на меня и поднимает бровь. — Ты собираешься что-нибудь купить или будешь весь вечер задавать глупые вопросы?

Я сглатываю. Рядом с ним я чувствую себя сопляком. Мальчишкой. Он — само воплощение мужественности, и от его саркастично выгнутой брови я чувствую себя испуганным мальцом.

«Соберись, Силас. Не будь тряпкой!»

— У меня всего один глупый вопрос.

Он молча начинает пробивать чек покупателю, но я стою на своем:

— Что значит «Jamais Jamais»?

Мужчина даже не поднимает на меня взгляд.

— Это значит «Никогда-никогда», — говорит кто-то у меня за спиной.

Я резко поворачиваюсь, но мои ноги словно отяжелели. «Никогда-никогда?»

Совпадение? Не думаю. Мы с Чарли постоянно повторяли эту фразу в письмах.

Я натыкаюсь взглядом на женщину, смотрящую мне прямо в глаза с приподнятой головой. Ее волосы убраны назад — темные с седыми прядями. На ней надет длинный кусок тончайшей ткани, собирающейся вокруг ног. Не уверен, можно ли назвать это платьем.