Другой Шнырр резко кивнул, и тут дубинка опустилась на голову первого Шнырра. Вскрикнув, тот рухнул на землю.

Стоявший в шаге от него джентльмен в пальто, котелке и с шарфом на лице, поправил круглые защитные очки и убрал дубинку.

– Вы как всегда вовремя, мистер Паппи, – сказал мистер Блохх. – И хоть это было забавно, но мистер Шнорринг уже начал меня утомлять.

Разглядывая лежащего на земле без сознания Шнырра Шнорринга, он задумчиво почесался.

– Знаете, мистер Паппи, досконально повторить подобные грязь, мерзость и отвратительность даже мне оказалось не под силу. Хотя я очень старался. Надеюсь, никто не заметил разницы.

Мистер Паппи в ответ пожал плечами.

– Вы готовы? – спросил мистер Блохх.

– Странный вопрос, сэр, учитывая, что вы его задаете мне.

– И то верно. Берите ее. Возвращаемся в переулок Фейр. Мне пора переодеться. Как бы привычка чесаться не прицепилась…

Мистер Паппи исчез в тупике переулка, но вскоре раздался скрип колес, и верный подручный вернулся, катя перед собой черную коляску.

Вместе они покинули переулок и двинулись по ночному Тремпл-Толл.

Прохожих не было, экипажи с погашенными фонарями стояли вдоль обочин. На охоту вышли крысы. Они заполонили канавы, расселись на гидрантах и проходящих под карнизами трубах. Ночной Тремпл-Толл порой называли Городом Крыс.

– Нет, ну какова пьеса! – воодушевленно провозгласил мистер Блохх. – Вы согласны, мистер Паппи?

– Пьеса как пьеса, – последовал ответ из-под шарфа."

"– Тем не менее, даже такой зануда, как вы, не может спорить с тем, что все прошло, как по ноткам. – Мистер Паппи и не спорил; его хозяин продолжал: – Какова драма! Я будто вернулся в хорошие деньки чудесных марионеточных постановок. Актеры блистали. Все выходы из-за кулис были произведены невероятно точно и в нужный момент.

Мог бы мистер Паппи вздыхать, он сейчас непременно это сделал бы, ведь ему лучше других было известно: за восторгами Хозяина всегда следует критика. И он не ошибся.

– «Рокировка» удалась на славу, – сказал мистер Блохх. – Кукла отыграла свою роль, но, положим, можно было и поменьше положить в коляску взрывчатой смеси. Нашего доктора едва не задело.

– Вы сказали, что следов куклы не должно остаться, – проворчал мистер Паппи.

– Верно. В любом случае – итог вышел таким, как я его и задумывал. Это главное. Второе действие пьесы оказалась проще, чем первое. «Свет Фонаря» был близок к провалу ровно три раза. Я недооценил мистера Хоппера – его скрытую до сего времени тягу помогать окружающим.

– Зачем он вам? Почему вы его привлекли?

Мистер Блохх помолчал, обдумывая ответ, а затем сказал:

– У меня для него припасена еще одна роль в будущем. Что касается моей пьесы… Мальчишка бы не справился без его помощи – братья Финлоу слишком плохие актеры.