Из-под черного капора раздалось шипение.

С ужасом глядя на коляску, Гоббин попятился и оступился. Рухнув на землю, он попытался отползти, хватаясь руками за ломаную брусчатку, но коляска неумолимо приближалась.

– Тебе не сбежать, – сказала Лилли Эштон, и колесо стукнулось о ногу старшего сержанта. Коляска замерла.

В следующий миг из нее вырвались пять длинных черных щупальцев. Шипение превратилось в многоголосый хор и заполонило переулок.

Гоббин вскинул руку в нелепой попытке защититься и закричал…

…Доктор Доу ощутил холод во всем теле, конечности будто онемели.

Вот он и появился – тот, о ком рассказывали Джаспер и констебль Хоппер.

Ворбург явил свое уродливое лицо.

Как и говорил племянник, тварь походила на спрута, но в ней не было ничего от обычного морского животного. Порождение тьмы и оживший кошмарный сон, нечто древнее, что, казалось, обитало в недрах земли и однажды выбралось на поверхность через какую-то каверну. Прячущаяся в детской коляске тварь – скольких она уже успела сожрать?

Безумие, подлинное безумие – рассчитывать, что этого монстра можно остановить.

Пытаясь сохранить остатки самообладания, Натаниэль Доу крикнул: «Прочь! Пошли прочь от меня!» – и махнул перед собой скальпелем, отгоняя мальчишек. Когда они отпрянули, он быстро склонился над стоящим у его ног саквояжем. Поставив лампу на землю, доктор щелкнул замками и вытащил каминные часы. Вот только повернуть стрелки он не успел.

Трое прихвостней Няни прыгнули на него одновременно. Доктор оттолкнул от себя одного, но второй вцепился в лацкан пальто, а третий вырвал из его руки часы и с размаху швырнул их на землю.

Часы разбились со звоном, в стороны брызнули шестеренки и пружины. А затем в предплечье доктора впились острые зубы, и он выронил скальпель.

Все трое мальчишек повисли на его пальто. Они царапались и тянулись к лицу. Щелкали пасти, кто-то из маленьких монстров схватился за шарф и потянул доктора, пригибая его ниже.

Натаниэль Доу пытался стряхнуть их, вертелся и отбивался локтями, но они облепили его, как слепни. Он метался, дергался изо всех сил – и только это позволяло ему пока что избежать новых укусов. Цилиндр слетел с головы и покатился по земле…

Тем временем одно из щупалец твари из коляски уже оплело запястье Гоббина.

– Нет, молю тебя! – кричал старший сержант. – Нет! Лилли, отзови это!

Лилли Эштон с виду безучастно наблюдала за расправой…

Схватив за ворот пиджачка одного из мальчишек, доктор ударил им другого, швырнул в третьего. Но эти мелкие гаденыши не чувствовали боли. Злобно скалясь и ухмыляясь, они поднялись на ноги и приготовились напасть снова.

И вдруг один из них замер, обернулся и задрал голову.