Я люблю Алека, он мой сын, без вариантов. Но я бы хотел знать, понимаешь?

— Понимаю. Он знает, Артём. Это ничего не меняет.

Оказалось, что он знал всё это время. Все пять лет, когда помогал мне всем и забирал сына на выходные. Данчик с самого начала не поверил в ту историю с клубом. Только он был таким же подростком, как и я, испугался ответственности и не стал говорить.

Как мог поддерживал и давал деньги, забирал сына на выходные и стал офигенным дядей. Думаю, если бы с самого начала он признал себя отцом, всё закончилось бы хуже. Яна бы не простила сама себе, что построила с ним отношения, когда из-за неё мы и расстались. Да и наши бы с Данчиком отношения скатились вниз из-за ссор и упрёков.

А так — всё идеально. Отец Алека — Клык, и плевать что показывают клеточки ДНК. В сыне от Данчика только любовь к роботам и сладкому.

— Этого я не знал, — Клык ближе прижимается. Долго молчит, от чего складка меж бровь вырисовывается. Яркое доказательство того, что он переживает о чём-то: — А слабо мне ещё одного сына родить?

— Значит, уже не отрицаешь, что будут мальчики?

— Нет, будут девочки. А сын потом. Через года два. Слабо?

— А если не получится? Какое желание загадаешь?

— Вернёмся в родной город? Не навсегда, просто погостим несколько месяцев. Я соскучился по нашим.

— Значит, либо сын, либо поездка домой? Я подумаю.

Подумаю и спрячу уже купленные билеты получше. Следующим летом мы полетим домой, всей семьёй. Но только в один конец. Хватит бежать от прошлого. А его слабо…

Что ж, пока Клыку рано знать, что УЗИ показало двух мальчиков."